– Энцо в бегах, а ищут не его самого, а его адвоката? – спросил я. – Это странно.
– Моретти не доверяет никому, особенно когда дело касается таких сумм и такого опасного сотрудничества, – пояснил Лоренцо. – Он хочет вытащить из этого адвоката всю информацию, касающуюся «архива Пальмиери» и планов Энцо. И, возможно, узнать, кто стоит за этой утечкой информации о краже оружия.
– И что теперь? – спросил я, чувствуя, как напряжение в комнате постепенно сменяется выжиданием.
– Теперь, Донато, начинается самое интересное. – Лоренцо лукаво улыбнулся. – Риццо, скорее всего, попытается завербовать тебя, чтобы ты помог ему «разработать» этого адвоката. Или, если он уже получил нужную информацию, он может попытаться устранить его. Так или иначе, адвокат – наша единственная ниточка к тому, что происходит на самом деле.
– Я должен его вытащить, – произнес я, чувствуя, как снова закипает адреналин.
– Именно, – Лоренцо кивнул. – И это будет твоим первым настоящим испытанием. Убедить Риццо, что ты – его верный пес, демонстрируя лояльность, жажду действия и, возможно, даже некую «нетерпеливость» в отношении адвоката. Но сделать это так, чтобы адвокат оказался в наших руках, а не в багажнике машины Моретти с перерезанным в тишине горлом. Ты готов, Донато?
Я посмотрел на свою команду. Их лица были напряжены, в глазах все еще читался страх, но теперь к нему примешивалось и что-то еще – решимость. Они были со мной.
– Я готов. – ответил я, глядя прямо в глаза Лоренцо. – Но на этот раз мы будем действовать по моему плану.
– Донато, – рука на моем плече заставила вздрогнуть. Это был Антонио. Его мрачное лицо не выражало ничего, кроме решимости. – Мы с тобой.
Я кивнул, благодарный за его молчаливую поддержку. Риццо – это первый шаг. А первый шаг всегда самый трудный.
Спор утих. Напряжение осталось, но теперь оно направлялось в одно русло. Мы знали, что делать. И это было самое главное.
***
В течение следующих суток штаб-квартира превратилась в бурлящий улей. Лоренцо, благодаря своим контактам, собирал максимум информации о Лука Матео: его привычках, его семье, его профессиональных связях. София и Франческо занимались сбором данных о методах работы Риццо, его личной охране, любимых местах и, что более важно, его слабых местах: его страсть к дорогим часам, склонность к азарту, уязвимость перед давлением, когда речь заходит о личных проблемах. Симоне и Антонио, как самые опытные в «полевой» работе, разрабатывали план наблюдения за объектом и возможные варианты экстракции. Я же, отгородившись от общей суеты, впитывал информацию, прокручивая в голове все возможные сценарии. Моя задача была двойной: убедить Риццо, что я – его надежный помощник, демонстрируя лояльность, готовность к решительным действиям и, возможно, даже некую «нетерпеливость» в отношении адвоката. И установить надежный контакт с Матео, обеспечив его безопасность, найдя способ передать ему сигнал, что он не один, и, по возможности, ускользнуть от Риццо в решающий момент.
Мы знали, где Риццо держал Матео – небольшая, неброская вилла в пригороде, словно шрам на лице города. На основе этой информации София смог выстроить карту вероятных перемещений Матео и Риццо, а также точно обозначить зоны действия камер наблюдения и точки предполагаемого контроля.
На третий день я получил условный сигнал: Риццо сделал ход. В моем таксофоне раздался звонок. Голос Риццо, низкий и хриплый, прозвучал без предисловий:
– Донато. Есть дело. Я доверяю твоему… энтузиазму. Приезжай на виллу «Альбатрос», по адресу Виа Лазаро, дом 17. В два часа. Один. И не опаздывай.
Последнее слово прозвучало как угроза.
Я появился точно в срок. На той самой тихой улочке, где располагалась вилла. Возле нее стоял тот же «Мерседес», что и на первой встрече. Риццо ждал меня на веранде, попивая виски.
– Ты вовремя, Донато, – сказал он, не оборачиваясь. – У нас проблема. Человек, который может нам послужить, оказался… непокорным.
Я подошел.
– Непокорным? – спросил я, стараясь, чтобы в моем голосе звучало любопытство, смешанное с желанием показать, что я готов решить проблему.
– Адвокат Энцо, Лука Матео, не хочет говорить. Думает, что сможет выторговать себе свободу. Глупо. – Риццо сделал глоток. – Мне нужно, чтобы ты… поработал с ним. Убедил его. Жестко.
Я знал, что это будет проверка. Жестко – это могло означать что угодно.
– Я понимаю, – ответил я, глядя на его профиль. – Какую информацию вы хотите получить?
– Всё. Планы Энцо. Где он прячет свои активы. Информацию о его сообщниках, о том, кто именно сыграл роль информатора, когда речь зашла о нашей промашке с партией оружия.