– Да. Думаю, что да, – ответил я, стараясь, чтобы мой голос звучал уверенно. – Моретти принял меня на работу, а значит, ожидает, что я буду полезен. Ему нужен исполнитель, а не жертва.
– Будь на связи, Донато, мы волнуемся за тебя, — сказала София, её глаза смотрели на меня с той обеспокоенностью, которую я уже слишком хорошо знал. Она села рядом, словно пытаясь передать мне часть своей уверенности. — Если что-то пойдет не так, мы сразу же будем действовать.
— Я знаю, — я слегка коснулся её руки. — И я это ценю. Но сейчас лучше, если я буду действовать один. Это мой шанс. Наш шанс.
– Мне нужно, чтобы вы были рядом, но не привлекайте внимание. И ещё, не связывайтесь с Изабеллой.
Они кивнули.
– Так точно, Дон Донато, – сказал Франческо.
Я посмотрел на Алессандро, Франческо и Симоне с Изабеллой, которые молча стояли позади. Они кивнули, их взгляды несли молчаливую поддержку. Вот они, моя семья. Те, кто готов пойти за мной в огонь и воду.
Через несколько часов я был на месте. Адрес, указанный в сообщении, привел меня к шикарному особняку на холме, откуда открывался вид на весь город. Это было не просто поместье, это был дворец – символ власти и богатства. Охрана была вездесущей, каждый уголок патрулировался. Я чувствовал на себе десятки взглядов, каждый из которых изучал меня, оценивал.
Риццо встретил меня у ворот, на его лице играла привычная самодовольная ухмылка.
– Пришёл, Донато. Моретти тебя ждёт.
Вечеринка была в самом разгаре, когда Риццо привел меня в дом. Воздух в главном зале гудел от разговоров, смеха и звона бокалов. Женщины в облегающих платьях, чьи декольте обнажали больше, чем скрывали, танцевали под звуки ненавязчивой, но дорогой музыки. Мужчины, с лицами, отмеченными властью и цинизмом, обсуждали дела, заключали сделки, бросали на меня оценивающие взгляды. Я видел влиятельных бизнесменов, чьи имена мелькали в заголовках газет, представителей других криминальных синдикатов и даже пару-тройку политиков, чья неприкосновенность, казалось, была обеспечена не законом, а связями.
— Держись молодцом, — прошептал Риццо, когда мы прошли через главный зал. — И помни, кто тебя сюда привел.
— Чтобы ты понял всю значимость мероприятия, — добавил он, поясняя. — Смотри, кто здесь.
Риццо кивнул в сторону группы мужчин, окруживших пожилого мужчину с седыми волосами и пронзительным взглядом. — Это синьор Касанова. Говорят, он контролирует треть всего алкогольного рынка в регионе.
Я украдкой огляделся. Вот, у барной стойки, стоит высокий, мускулистый мужчина с жесткими чертами лица и шрамом, пересекающим бровь. Он говорил с официанткой, но его глаза были пусты, словно он видел сквозь нее.
— Это, скорее всего, Марио «Рык», — пояснил Риццо. — Правая рука Винченцо. Говорят, его кулаки не знают пощады.
Мы прошли мимо столика, где за бокалами вина сидели две женщины, одетые в струящиеся шелка, их смех был звонким и непринужденным, но в их глазах мелькал расчёт.
— А это, — Риццо едва заметно кивнул в их сторону, — его племянницы, синьорины Валенти. Они не просто красивы, Донато. Говорят, они занимаются финансами Моретти. Любой доллар, который проходит через их руки, умножается.
Моя голова гудела от обилия информации. Каждый человек здесь был частью сложной паутины власти, интриг и насилия. И я, Донато, должен был найти в ней свое место, не потеряв последние остатки себя.
Он провел меня к боковой двери, за которой скрывался коридор.
— Сейчас я отведу тебя к Винченцо, — сказал он, его глаза снова сверкнули хищно. — Он хочет поговорить с тобой наедине.
Мы прошли по гладкому, прохладному коридору. Воздух здесь был более сдержанным, но запах сигар и дорогого парфюма все еще присутствовал. Риццо остановился перед массивной дверью из темного дерева.
– Через эту дверь, Донато. Он там. И… будь готов ко всему.
Риццо постучал. Дверь отворилась. Кабинет, роскошный, но сдержанный. За столом сидел Винченцо Моретти. Его взгляд был проницательным, спокойным, но в нем чувствовалась сила. Рядом с ним стоял Энцо.
Сердце мое сжалось. Это было частью игры. Моей игры.
— Донато, — голос Моретти был бархатным. — Рад наконец-то видеть тебя. Риццо много о тебе говорил.
Я кивнул. — Господин Моретти.
Моретти улыбнулся, но глаза остались холодными.
— Я знаю, что ты ищешь способы выбраться из этой грязи, — продолжил он. — И я ценю твою… инициативность. Энцо, подойди.
Энцо, бледный, напуганный, шагнул вперед. Пропала его прежняя самоуверенность.
— Донато, — произнес Моретти, обращаясь ко мне. — Этот человек создал много проблем. Предавал, продавал информацию, играл с жизнями. А ведь мог бы быть полезен.