Он выдержал паузу, наслаждаясь моим молчанием.
— Ты знаешь, Донато, что в нашем деле предательство – это самый страшный грех. Особенно когда оно направлено против тех, кто тебе доверял.
Винченцо Моретти поднялся. Подошел к Энцо, положил руку ему на плечо, а другой рукой достал из-под пиджака небольшой, угрожающего вида нож.
— Ты думал, что сможешь обмануть меня? — прошипел Моретти, голос его стал резким. — Ты думал, что можешь кинуть меня, а потом спокойно жить дальше?
Глаза Энцо расширились от ужаса.
– Ты не сможешь убить меня. Я слишком полезен для тебя.
— Ты был полезен, Энцо, — продолжал Моретти, его взгляд был направлен на меня, но слова — для Энцо. — Ты помог мне во многих делах. А теперь… теперь ты больше не нужен. Не после того, что ты сделал.
Моретти резким движением вонзил нож в спину Энцо. Тот вскрикнул, схватился за рану, упал на колени. Моретти, не отводя взгляда от моей реакции, сделал еще один удар. И еще.
Я стоял как вкопанный, наблюдая за этой жестокой сценой. Он хотел, чтобы я увидел. Понял. Осознал.
Когда Энцо затих, Моретти вытер нож о его брюки и повернулся ко мне. Его лицо снова стало спокойным, но в глазах плескалась холодная решимость.
— Теперь ты знаешь, Донато, — произнес он, голос его вернулся к бархатному тону, но с новой, зловещей ноткой. — Что я не терплю предательства. И что я ценю верность. Добро пожаловать в семью.
Он указал на труп Энцо.
— Это было твое последнее задание. Теперь ты знаешь, что я готов предоставить тебе возможности. И ждать твоей полной отдачи.
Я кивнул, пытаясь проглотить комок, подступивший к горлу. Этот дом, эта игра, эта кровь… Я был здесь. Я был в ловушке. Но теперь я знал, что достиг того, что желал столько лет. Моя месть только начинается. Мне предстояло играть по правилам Моретти, но с каждой схваткой, с каждым выполненным заданием я лелеял надежду, что однажды я смогу переписать эти правила. И уничтожить самого Моретти.
***
Я вышел на улицу, чтобы подышать воздухом. Возле меня стояла небольшая компания мужчин в сопровождении элегантных девушек. Убийство Энцо прокручивалось в голове. Мне не верилось, что это случилось.
Оставшись один, я взял телефон и набрал номер Ферарры.
– Донато? Что-то случилось? – спросил он.
– У меня есть план. Мне нужно, чтобы ты и твои люди были готовы к этому.
Глава 24.
"Команда Донато была подобна корням магнолии: крепко сплетённые, скрытые от глаз, они питали силу, что расцветала над землей, но вместе могли и сокрушить."
План. Это слово пульсировало в голове с тех пор, как произошла перестрелка, устроенная против моей семьи, клана Талино, когда мне было всего десять. Винченцо Моретти, тогда ещё не настолько могущественный, как я узнал позже, был тем, кто разгромил мой дом. Он хотел уничтожить нас, но не знал, что слабый мальчик выживет, чтобы однажды принести ему возмездие. Теперь, спустя восемнадцать лет, его время пришло.
Но Моретти был не единственным врагом. Изабелла. Моя «возлюбленная». Она играла свою партию, искусно маскируя истинные намерения. Я не знал её плана и что она задумала, но знал точно, ей нельзя доверять. Она появилась в моей жизни не случайно.
Вечер опустился на Палермо, окутывая город в бархатную темноту, пропитанную запахом морской соли и сырости, просачивающейся сквозь каменные стены. Лишь из окон итальянской виллы Моретти, расположенной на холме с видом на тускло освещенный город, пробивался свет, отражающийся в глазах тех, кто собрался внутри. Тяжелый воздух был пропитан ароматом дорогого виски и приглушенных голосов.
Я сидел за массивным дубовым столом в кабинете напротив Марко. Его правая рука с грубыми чертами лица и глазами, в которых плясали отблески огня из камина – это был человек, воплощение той беспринципной силы, которую я теперь должен был использовать. На столе стоял графин с виски, наполовину пустой, и несколько бокалов.
– …Именно так, Донато. Винченцо ценит преданность. Твоя работа на него… Она впечатляет. Он видит в тебе потенциал. Но тебе нужно нечто большее, чем просто быть молотком. Тебе нужно им стать, идейным вдохновителем. – Марко усмехнулся, наблюдая, как дымок от сигареты, которую я держал, поднимается к потолку. – Он сказал, что ты парень с мозгами. И мне нравится, когда у меня под рукой есть такие люди. Поэтому я и предложил тебе это.
Я кивнул, мой взгляд скользнул по лицу Марко, но не задержался. Я знал, что он ведет свою игру, как и каждый здесь. Я же играл свою роль: преданный, но амбициозный. И каждый раз, когда Марко говорил о «потенциале», я чувствовал, как лед внутри меня, который сковывал мое сердце с десяти лет, становился чуть более хрупким.