X. Чтобы подчинить свою волю Божьей в страдании, давайте научимся правильно истолковывать то, как Бог обращается с нами, и воспринимать все, что Он делает, в наилучшем смысле. Мы склонны неправильно истолковывать поступки Всевышнего, как это было с Израилем. «Зачем вы привели общество Господне в эту пустыню, чтобы умереть здесь нам…» (Числ. 20:4). Мы говорим, что Бог послал нам страдание, потому что Он ненавидит и хочет погубить нас, а подобные злые мысли о Творце производят угрюмость и непокорство. Давайте будем иметь чистое и непредвзятое толкование провидения. Бог наказывает нас? Скажите, что Он тем самым, возможно, хочет даровать нам Свою милость: что Господь хочет испытать, любим ли мы Его в страдании, умертвить какой-то наш грех или проявить некую благодать; что Он поражает тело, чтобы спасти нашу душу. Если бы мы могли подобным образом в хорошем смысле истолковывать то, как Бог обращается с нами, то мы сказали бы: «Да будет воля Твоя». «Пусть наказывает меня праведник: это милость; пусть обличает меня: это лучший елей, который не повредит голове моей…» (Пс. 140:5).
XI. И последнее средство, помогающее нам подчиниться Богу в страдании, - это вера в то, что настоящие условия нашей жизни наилучшие для нас. Мы не являемся компетентными судьями и полагаем, что самое лучшее – это иметь покой и изобилие, а также скалу, из которой вытекают реки елея. Но Бог считает, что страдания лучше для нас. Он видит, что наши души преуспевают лучше, испытывая лишения. Падение листьев является источником нашей благодати. И если бы мы могли верить, что те условия, в которые Господь поместил нас, являются наилучшими, то вскоре перестали бы противиться, удовлетворились тем, что Бог послал нам, и сказали бы: «Да будет воля твоя».
17 Прим. ред. В Русском Синодальном переводе этот стих отсутствует.
18 Прим. ред. В Русском Синодальном переводе этот стих звучит так: «И сказал Бог Ионе: неужели так сильно огорчился ты за растение? Он сказал: очень огорчился, даже до смерти».
19 Прим. ред. В Русском Синодальном переводе этот стих звучит так: «…И тогда потерпят они за беззакония свои».
Четвертое прошение молитвы Господа «Отче наш…»
«Хлеб наш насущный дай нам на сей день» (Мат. 6:11).
В этом прошении давайте обратим внимание на его порядок и его сущность.
I. Во-первых, прежде чем помолиться «хлеб наш насущный дай нам на сей день», мы молимся: «Да святится имя Твое; да приидет Царствие Твое; да будет воля Твоя». Слава Божья должна стоять на первом месте, ей нужно оказывать предпочтение перед всеми нашими сокровенными желаниями. Христос, будучи человеком, ставил славу Отца выше Своей собственной. «…Я чту Отца Моего… Я не ищу Моей славы…» (Иоан. 8:49,50). Слава Божья – это то, что дороже всего для Бога, это зеница Его ока, в ней сосредоточены все Его богатства. Как сказал Миха: «Чего еще более?» (Суд. 18:24), так и я могу сказать о Божьей славе: «Чего еще более?». Его слава является самой сияющей жемчужиной Его венца, с которой Он никогда не расстанется. «…Не дам славы Моей иному…» (Ис. 42:8). Слава Божья дороже небес, дороже спасения всех человеческих душ. Скорее царства сотрутся с лица земли, скорее люди и ангелы будут истреблены, чем Бог потеряет частицу Своей славы. Мы должны ставить славу Божью превыше своих самых сокровенных забот, но для того, чтобы ставить славу Божью выше своих личных интересов, мы должны родиться свыше. Природный человек прежде всего заботится о своих личных мирских интересах, а не о славе Божьей. Он есть «сущий от земли, земной» (Иоан. 3:31). Дайте ему мир и возможность торговать, позвольте этой скале источать реки елея – и он ни разу не задумается о славе Божьей. Как червь не может летать и петь подобно жаворонку, так и природный человек, чье сердце ползает по земле, не может восхищаться Богом или содействовать Его славе подобно человеку, облагороженному благодатью.
Урок первый. Испытания.
Ставим ли мы славу Божью выше наших личных интересов? «Minus te amat qui aliquid tecum amat, quod non propter te amat. – Тот любит Тебя слишком мало, кто любит чтолибо другое так же, как Тебя, но не ради Тебя» (Августин). Во-первых, ценим ли мы славу Бога выше собственной репутации? «Fama pari passu ambulat cum vita. – Репутация зарабатывается на протяжении всей жизни». Репутация – это драгоценный камень, который мы высоко ценим. Подобно редкому благоуханию, она издает приятный аромат. Но для нас слава Божья должна быть дороже собственной доброй репутации или аплодисментов. Мы должны быть готовы к тому, что наше доброе имя будет растоптано ради того, чтобы слава Божья могла взойти еще выше. Апостолы радовались, «что за имя Господа Иисуса удостоились принять бесчестие» (Деян. 5:41), что они были удостоены великой чести принять бесчестье ради Христа. Во-вторых, ставим ли мы славу Божью выше наших близких? Наши близкие очень дороги нам, они – наша плоть и кровь, но слава Божья должна быть дороже для нас. «Если кто приходит ко Мне и не возненавидит отца своего и матери… тот не может быть Моим учеником» (Лук. 14:26). Здесь odium in suos, ненависть к своим близким, символизирует pietas in Deum, преданность Богу. «Если мои друзья, - говорит Иероним, - будут убеждать меня отречься от Христа, если моя жена будет вешаться мне на шею, а моя мать покажет мне свою грудь, кормившую меня, то и тогда я растопчу все это и побегу ко Христу». В-третьих, мы должны ценить славу Бога выше своего богатства. Золото – лишь сияющий прах, и слава Божья должна его перевешивать. И если я могу сохранить свое благосостояние лишь ценой потускнения славы Божьей, то я скорее соглашусь лишиться своего богатства, нежели от этого пострадает слава Божья (Евр. 10:34). В-четвертых, мы должны ценить славу Божью превыше собственной жизни. «Они… не возлюбили души своей даже до смерти» (Отк. 12:11). Игнатий называл свои кандалы духовными драгоценными камнями и носил их как жемчужное ожерелье. Мученик Гордий сказал: «Я потерплю убыток, если вы ослабите мои страдания». Это препятствует росту благодати и переходу ее в более высокую степень. Что, как не душа, пылающая любовью к Богу, может возвести Бога на трон и ценить Его выше личных интересов?