А в этом месте мне бы хотелось вообще отвлечься от «человека разумного». Многие ученые десятилетиями бились и бьются, чтобы понять, насколько разумны наши меньшие братья. В результате этих исследований не могла не сложиться определенная градация разумности живых существ. Человек, как венец творения, естественно вне конкуренции. А дальше по степени нарастания глупости в сравнении с ним идут высшие приматы, дельфины, собаки и по нисходящей: птицы, рыбы, медузы, растения и микроорганизмы. Конечно, я не упомянул всех, но принцип, очевидно, понятен. Никому и в голову не придет считать медузу или микроба хоть капельку разумными. Но в таком представлении не отражено ничего, кроме антропоморфического подхода и катастрофической амбициозности человека. Если живое существо не поступает или не пытается поступать как человек, не вступает с ним в контакт, значит, оно не разумно. И в то же время каждое живое существо в природе находится на своем месте и преуспевает (если не случится беда и не придет человек разумный) в своей экологической нише. Вот просто так преуспевает себе потихоньку, а мозгов-то нет. Странно, не правда ли? Но для большинства критерием разумности является не успешность сосуществования различных видов на планете, а степень развитости головного мозга и, конечно же, его наличие. Как будто природа, демонстрируя человеку многообразие живых существ и тем самым неиссякаемость своей фантазии, не намекает достаточно прозрачно, что она могла бы придумать и иные биологические механизмы получения, хранения и обработки информации, помимо головного мозга, в том виде, в котором он сформирован у млекопитающих или рыб.
Я снова вынужден вернуться к тому, с чего начал. Мы познаем мир в наших ощущениях. То есть через органы чувств. Вот тут-то и зарыта собака. Для того чтобы добиться взаимопонимания с другими существами, мы должны одинаково с ними воспринимать мир. А это невозможно. Диапазоны, в котором видят, слышат, ощущают запахи другие существа в значительной степени отличаются от человеческих. И то, что для человека выглядит как разумный организованный сигнал, для нечеловека – каша из зрительных или слуховых раздражителей. Удивительно, например, что собаки с их острым слухом, для которого человеческая речь, вероятно, подобна скрежетанию ножа по алюминиевой миске, научились в какофонии звуков окружающего мира различать какие-то команды. Но мало того, что тот сигнал, который мы пытаемся передать другому существу трансформируется в его мозгу в неизвестно что, скорее всего, маловразумительное, так человек еще никогда и не задумывается над тем, что ситуационное мышление должно быть адаптировано биологической сущности объекта. А тот, как и человек, проходит те же самые стадии развития: рождается, взрослеет, достигает зрелости, стареет и умирает. Другими словами, этот процесс должен быть приспособлен к продолжительности жизни существа. Пчела – сложно организованное насекомое. Большую часть роя составляют рабочие пчелы, и их продолжительность жизни в активный сезон (не зимой) составляет приблизительно два месяца. Но ведь невозможно представить, чтобы природа человеку дала возможность прожить полноценную «счастливую» жизнь, а пчеле почему-то нет. А это значит, что эти два месяца для пчелы те же семьдесят человеческих лет с ее пчелиными терзаниями, взлетами и падениями. Из этого следует, что из расчета 60 пчелиных дней на 70 человеческих лет разница в ритме жизни составляет 1:420. Но это было бы невозможно, если бы скорость получения и передачи информации у пчел равнялась бы таковой у человека. И следовательно, можно предположить, что миг жизни пчелы равен 420 мигам человека. А теперь представьте, что какая-то слишком умная пчела решила, что и человек тоже разумен, и какому-то праздному прохожему задала вопрос, как люди себя как вид называют. И чудо, человек даже понял, что от него хотят. И, очумев на секунду от удивления, все-таки ответил. А это 420 пчелиных секунд, или 7 минут. И пчела, скорее всего, поблагодарив, тут же улетела бы от ошарашенного прохожего куда подальше. А вы бы захотели иметь дело с существом, у которого ответ на простейший вопрос занял 7 минут? У вас хватило бы терпения столько ждать? Мы для пчел – полные кретины. Одно из явлений природы. Но, впрочем, ситуация, при которой мы поняли бы вопрос пчелы, нам не грозит, потому что она теоретически должна передавать информацию в 420 раз быстрее. Мы вопрос просто не заметим. (Хочу, на всякий случай, напомнить, что мои расчеты носят гипотетический характер, и поэтому бессмысленно искать их научные источники).