– Я всё осознала и поняла, – тянет она жалобно. – Простите. Была не права.
Потихоньку оттаиваю. Люблю, когда люди признают свои ошибки вслух.
– Я согласна, чтобы вы стали спонсором. Не моим личным. А нашего танцевального коллектива. Обрадуйте, пожалуйста, Леру.
– А с чего ты взяла, что моё предложение всё ещё в силе? – решаю немного побыть мудаком.
– Нет? – переспрашивает недоверчиво.
– Нет тебе веры. Ты слишком плохо себя ведешь. Сама себе на уме. Своенравная. Какие договорённости с тобой можно заключать, если ты не ценишь доброго к себе отношения?
– Я ценю, честное слово. Иса Ахматович, этого больше не повторится.
– Можно просто Иса.
Ненавижу чувствовать себя старым.
– Я для себя уже решила, что это был последний концерт в клубе. Теперь только студия или дом культуры!
– Да кому вы нужны в доме культуры, бесстыдницы?
Подавлено молчит, не огрызается в ответ. Неужели усвоила урок?
Поняла, что я не монстр? Сравнила моё к ней отношение и случайного левого мужика? Почувствовала разницу?
Еду бесцельно по городу, размышляя, как с ней поступить. Девчонка не задаёт лишних вопросов, она вся на стрессе и готова к любому раскладу.
– Ты голодна?
Кивает в ответ.
Заруливаю на парковку первого попавшегося на пути ресторана и критическим взглядом осматриваю Сонину одежду: короткие шорты, топ и джинсовка. Так не пойдет.
Снимаю с себя пиджак и передаю ей. Соня без слов снимает свой верх и облачается в мою вещь. Застегивает наглухо пуговицы и вылезает из машины.
Может ведь, когда захочет быть послушной! Прямо сущий ангел, как Лера после того, как накосячит.
Заходим в ресторан, и я предлагаю девочке выбрать любое блюдо, какое захочет. Садимся в зал для курящих, потому что пиздец как хочу курить.
– Спасибо вам, что избавили от тех идиотов, – говорит Соня, избегая смотреть мне в глаза.
– Не начинай про это, а то снова буду злиться. Выбрала что-нибудь?
– Да, я хочу пюре и котлету.
– Хорошо, – подзываю официанта знаком и передаю ему Сонин простой заказ.
– Что будете пить? – вежливо интересуется он.
– Крепкий кофе и... – смотрю на Соню, чтобы сама сказала.
– Зелёный чай, – отвечает она, и я усмехаюсь. Был уверен, что выберет бокал вина.
– Я не пью алкоголь, – говорит она, когда официант удалился. – Можете мне не верить, но это правда.
– Это хорошо. Это правильно. Зачем здоровье губить в столь юном возрасте?
– А в тот день Лера сама решила купить алкоголь, я тут ни при чем.
– Ни слова о моей дочери.
– Почему?
– Потому что это, мягко говоря, не правда. Лера сказала, что те две девушки, Ира и Вика уговорили её заехать по дороге в алкомаркет. Чтобы не скучно было.
– Ну, врёт же! Знает, что ей достанется, если вы узнаете правду и изворачивается.
– Лера не может мне врать, она заточена говорить правду. Да и я вижу, когда человек произносит ложь.
– Я сейчас лгу? – губки Сони обиженно дрожат.
– Не понимаю, зачем тебе нужно выставлять Леру лгуньей, вы ведь подруги?
– Я и не выставляю.
– Тогда закроем эту тему.
Наблюдаю, как она аккуратно ест свой ужин и курю. Я еще не решил, что будет после ресторана. Уж слишком я зол, и мне нужно успокоиться, чтобы не наломать дров.
Глава 11
Так обидно, что Иса не верит мне насчёт Леры. Считает её белым и пушистым ангелом, а меня легкодоступной девкой.
Я бы могла ему рассказать, что подруга несколько месяцев назад напилась на одной вечеринке и лишилась девственности со случайным парнем. Который к тому же сильно старше её.
Меня там не было, знаю о ситуации по рассказам очевидцев. Да и Лера не отрицает, что всё было, хотя и не вдаётся в подробности, скрытничает.
Понравилось бы такое поведение её строгому отчиму? Сильно в этом сомневаюсь!
После ужина мы снова садимся в машину Ахматовича. Мне немного очково, что он не озвучивает свои намерения. Повезёт ли меня домой или куда-то ещё?
То, что Иса меня спас, не даёт ему право ко мне приставать.
Горячая мужская рука ложится на моё колено, и я кошусь на него. Смотрит исключительно на дорогу. И в то же время заигрывает со мной.
С одной стороны, мне приятно внимание взрослого статусного мужика к своей скромной персоне. Но с другой – страшно. Он говорил про жёсткую любовь, тогда в своём кабинете, и не остаётся сомнений в том, что любить этот мужчина тоже будет жёстко. Ноль процентов ласки и нежности. По-другому, скорее всего, не привык.
– Куда мы едем? – решаюсь спросить, потому что вижу, что не домой.