- Эти мысли у тебя дурацкие от одиночества. Дома нет хозяйки. Женись на Лене, и все сразу наладится...
В перерыве он все-таки позвонил Анне, не Лене.
- Ефендим (пер. слушаю), на турецкий манер поздоровалась смеющимся голосом девушка.
Судя по музыке на дальнем фоне, она еще была в торговом центре.
- Звоню узнать, выбрала ли ты телефон, списания с моей карты не приходило, - спросил Платон.
- Я купила, - заверила Анна.
- На какие шиши, позволь спросить, - удивился мужчина.
- У меня есть немного денег, - сказала загадочно девушка.
- Мы еще с тобой по этому поводу поговорим, - пообещал мужчина. Он примерно представлял, какие деньги могла тратить девушка и не хотел, чтобы она их растренькала на текущие нужды.
Он слушал, как Анна рассказывает о своих покупках. Она купила все, что нужно, собралась устанавливать приложения. Голос у девушки был приятный, радостный, немного волнующийся.
Это ему и нравилось в общении с ней. Если Лена в общении с ним всегда демонстрировала полную независимость, а иногда даже пыталась быть "сверху". То здесь он был мужчиной старше, опытнее. Анна с готовностью признавала за ним старшинство и первенство, прислушивалась.
Впрочем, слушалась она далеко не всегда, продемонстрировав это на второй же вечер по приезду в Маккавеевку. Дело было, конечно, в комендантском часе. Платон еще при первом разговоре понял, что с этим у них возникнут проблемы, больно у девушки возмущенный взгляд был.
Позвонив в 20.15 и обнаружив ее где-то в районе федеральной трассы, Платон разозлился. Он аж глаза прикрыл от раздражения. Хорошо, хоть рядом пациентов не было.
- Ну и где ты, позволь узнать, - с нарастающим гневом спросил он.
- Я гуляла. Переделала все дела, пошла посмотреть поселок. Задумка была проехать на автобусе его повдоль от начала до конца. Я же не под арестом? - насупилась девушка.
- Аня, но время... Вот ты сейчас где? - волновался мужчина.
- Ммм, иду вроде как мимо старой суконной фабрики, развалины тут живописные. Автобус, понимаешь, не пришёл. Я все просчитала, уточнила время рейса, а он взял и не пришел.
– Осторожнее там мимо заброшки шагай, держись поближе к федеральной трассе.
– На трассе машины летят с такой скоростью... Тротуаров нет, идти жутко некомфортно, - поделилась Анна.
- Ну вот я об этом и говорил, когда просил тебя первое, заметь, просто первое время вечерами посидеть дома. Да, у нас так и есть, автобус, если пассажиров на линии недостаточно, или еще какие у водителя приключения, может просто не приехать.
Платон говорил довольно раздраженно. Анне это не нравилось, но она решила не обижаться, а попробовать донести до мужчины свою точку зрения.
- Пойми, я просто не рассчитала... у меня даже дома таких запретов не было... это не логично!
Платон выдохнул. В ординаторскую заглянула медсестра с сообщением, что привезли очередного пациента.
- Пойми, Турция - не Россия. У тебя нет осторожности еще, что ли. Для тебя все законопослушные и хорошие, как в дорогом районе Стамбула. Пойми, глупая, провинция в России - дикое поле. Много приезжих, со своими порядками, к примеру. Ты, со своей длиннющей косой, со своей молодостью, одна на дороге, как красная тряпка для некоторых... Вот там где ты сейчас идешь - промзона, много заброшек. Недавно туда несколько отморозков женщину затащили... Дальше говорить не буду, что дальше было, и так должно быть понятно.
- Более чем, - выдохнула Анна. - Я уже иду домой. Вокруг народ, если что. Не волнуйся.
- Не обижайся. У меня профдеформация. Понимаешь же, вся травма с района, вся наша. Кого только не бывает...
- Что такое "профдеформация" - поинтересовалась девушка. - Это от какого слова производная?
- Ох, турчаночка, ту еще и языком не в полной мере владеешь. Профдеформация - это деформация характера, связанная с трудностями профессии, перекос личности такой. К примеру учительница русского и литературы, ожидающая, что ее знакомые мужчины будут благородны, как Чехов... Понятно?
- Да, - кивнула Анна.
- Так вот. Так как я травматолог-хирург, у меня своя деформация. Пьяные, поломанные, простреленные, каждые выходные. Каждые праздники - бонус в виде двойного потока хорошо погулявших. Один раз даже скальпированную рану реставрировал. С полицией работаем каждый день, - сказал Платон. - Я пойду я, пациента привезли. Отпишись, пожалуйста, как домой попадешь.
Уже в самом конце пути, в поселке, Аня решила сократить путь и пошла к своей улице через большое поле. Платон, конечно, умел напугать и испортить настроение. Все было нормально и дошла она нормально! Зато оставшиеся полдороги у нее поджилки тряслись, как у маленькой девочки.