– Знакомьтесь, это Оля!
За столом веселились четверо парней. Один из них резко вскочил и, галантно кивнув, представился:
– Влад. А это – наша распущенная молодежь, – и он поочередно представил своих друзей Оле.
Она кивала, стараясь улыбкой зафиксировать факт каждого нового знакомства. Влад отодвинул стул и пригласительным жестом указал на место рядом с собой. Маша же, не церемонясь, плюхнулась на диван между парнями.
– Ну и растолстела же ты, мать!
– Да уж, коровушка, – делано завопили стильные хипстеры и принялись щипать её за бёдра.
Маша захохотала, молотя голыми коленками в воздухе.
– Ольга, чего вам налить, – не выходя из образа истинного джентльмена, поинтересовался Влад.
– Воды, если можно.
– Ну что вы, aqua vulgaris нынче не в почёте. А давайте, я вас угощу виски? Настоящим ирландским виски.
– Владик, я хочу снега, – перебила их смеющаяся Маша, всё ещё увертывающаяся от щипков и щекотаний.
– Зачем тебе снег? – удивилась Оля, которую начинали раздражать нахальные парни и чрезмерная фривольность в поведении её новой подруги.
– Оленька, как вы очаровательны в вашей святой простоте, – замурлыкал Влад, – просто на улице весна, всё давно растаяло, и нашей Маше захотелось чистого белого снега.
Все громко засмеялись, многозначительно переглядываясь друг с другом.
– А что, Павлуша, – обратился Олин кавалер к сидящему у самой ширмы полноватому парню, – не коксануть ли нам по маленькой?
Павлуша мягко улыбнулся, положил прямо на стол ногу в красном винтажном кроссовке и, аккуратно отогнув край носка, выудил оттуда маленький прямоугольный пакетик с зипом. Маша вскочила и начала по-хозяйски расчищать середину столика, заставленную стаканами, пепельницами и тарелками с закусками. Затем взяла несколько салфеток, смочила их в роксе с недопитым виски и протёрла освободившееся место. Компания перестала дурачиться и придвинулась ближе к столу.
– Ну что же, друзья, после такой санитарной обработки нас ожидает двойной эффект! Ну, не томи, Павлуша, – пафосно произнёс Влад.
Полноватый парень, как бы осознавая всю свою значимость в данной ситуации, бросил быстрый взгляд в сторону танц-пола, потом, оглядев своих приятелей, произнёс:
– Ну что, понеслась?!!
На этих словах он высыпал содержимое пакетика на расчищенную стеклянную поверхность стола, вытащил из бумажника своё водительское удостоверение и принялся деловито формировать из белого порошка равные продолговатые линии. Закончив шестую, он поднял на Влада глаза. Тот ухмыльнулся и протянул Маше сложенную в трубочку тысячерублёвую купюру:
– Ladies first!
Хладная улыбка сирены неестественно искривила её губы. Приставляя трубочку поочередно то к правой, то к левой ноздре, девушка втянула в себя всю дорожку.
– Ну всё, я уплываю, – закрыв глаза, она откинулась назад и передала купюру сидящему справа парню.
Все последовали её примеру, так же откидываясь назад и блаженно прикрывая глаза.
– Ну, а вы как, сударыня? – сказал Влад, указывая глазами на оставшуюся дозу кайфа. – Я угощаю.
– Не-ет… я не хочу-у, – испуганно выдавила из себя Оля.
– Она не хо-о-очет, – зло передразнил её Влад и громко заржал.
Оля вскочила:
– Маша, пойдём отсюда!
– Иди, я тебя догоню… потом, – вяло отмахнулась Маша.
Оля замялась недолго на пороге и выбежала из комнаты, рванув шторы в разные стороны.
Децибелы, просачивающиеся в её тело, отзывались неестественным и остервенело-быстрым ритмом в сердцебиении. Оля огляделась по сторонам в поисках знакомых лиц или хотя бы подсказки, что делать дальше. Пульсирующий свет стробоскопов превращал образы окружающих её людей в бешеный калейдоскоп фотографических отпечатков застывших человеческих гримас и жестов.
Державший всё это время вход VIP-ложи в прицеле своих внимательных глаз, Никита стоял в самом углу танцпола, опираясь на хромированное ограждение, отделяющее танцующих от зоны отдыха. Когда из ложи выскочила девушка в васильковом платье, Никита рванул в её сторону, грубо расталкивая оказывающихся на его пути тусовщиков, но, когда до Оли оставалось несколько шагов, Никита запнулся в нерешительности, словно уперевшись в невидимую стену. Неожиданно, в промежутках между вспышками света, около Оли непонятным образом материализовался какой-то тип в розовом пиджаке и узких синих джинсах, в котором Никита узнал известного в модных кругах стилиста Эдгара. Оля держала его за локоть и что-то жарко шептала прямо в ухо. Когда следующая вспышка осветила место, где стояла Оля и молодой человек, там уже никого не было.