Под скрип гидравлических тормозов, шипя компрессорами, фура застыла в ста метрах от будущего места преступления. Серёга так увлёкся экстремальной ездой, что при торможении капот девятки слегка поднырнул под задний бампер «МАНа». Первой покинула свой экипаж грузная женщина, судорожно прижимая сумку с ободранными ручками к груди. Она неожиданно бойко для своего веса выпрыгнула на землю и, подобно воздушному шарику с двумя ножками, обтянутыми толстыми капроновыми чулками телесного цвета, сделала несколько полупрыжков в сторону БМВ. Следуя заранее оговоренному с Серёгой плану, водитель фуры Николай тоже вылез, неспешно отстегнул фиксаторы и начал поднимать огромную синюю кабину. Та в свою очередь плавно, как рыцарь, склоняющий голову в шлеме на грудь, начала отрывать заднюю часть от рамы, обнажая чистый, сверкающий красной краской, двигатель.
– Дядь Серёж, я могу по кустам к ним пробраться и всё, что надо, засниму.
– Дерзай, Санёк. Дорогу молодым!
Последней из всей четвёрки открылась красная дверь БМВ. И первое, что выросло над отражающим небо стеклом, это обезоруживающе улыбающаяся голова восточного человека с аккуратным пробором чёрных волос. Затем появились плечи, покрытые серебристо-серой переливающейся тканью костюма с белым треугольником рубашки на груди. Армянин широко расставил руки ладонями к «жертве» и, обнажив сверкающие белые зубы, пошёл к ней навстречу.
– Жэнщина, дорогая, у вас гарь идёт. Может, топливо плохое заправили?
Блондинка выплеснула порцию бензина прямо под выхлопную трубу «Гетца» и ловким движением ноги пнула уже не нужную пластиковую бутылочку в траву.
– Ой, вы нас простите, – наскоро затараторила она, берясь за локоток своего спутника, – а мы видим, дымит. Я Арсюше говорю, обгони! Давай хоть что-то сделаем, а то вдруг загорится.
Женщина ещё не справилась с первой волной ступора и молча смотрела то на миловидную белокурую даму, то на франтоватого кавказца с синевой на гладко выбритых щеках.
– Давайтэ, я посмотрю, – он подошёл к заднему бамперу «Хюндая».
Женщины, инстинктивно поддавшись авторитетному мужскому голосу, последовали за ним. На укатанной асфальтовой крошке обочины, прямо под выхлопной трубой, блестело переливчатое бензиновое пятно. Запах этой «движущей силы прогресса современной цивилизации» резко ударил по обонянию троицы.
– У вас большая проблэма. Быстрей глушите двигатель, – изрёк армянин со спокойствием умудрённого годами горца, медленно покачивая головой.
Поддавшись импульсу, воздушный шарик в капроновых чулках залетел внутрь «Гетца» и двигатель был обречённо заглушен. Армянин, следуя своей концепции «кто понял жизнь, тот не спешит», медленно обогнул автомобиль и вежливо попросил открыть капот. Бледно-голубой щит взмыл вверх. Женщины опять, повинуясь мужской самоуверенной силе, последовали за кавказцем и, робко выглядывая из-за его торса, разглядывали переплетения непонятных для них штучек из металла, пластика и резины в обильно покрытом грязью подкапотном пространстве.
– Заводыте, – почувствовав свою власть, сказал армянин без лишних экивоков.
Шарик снова метнулся в кабину. Лёгким движением натренированных пальцев, армянин ловко извлёк из кармана брюк десятикубовый шприц, заполненный отработанным маслом и, ловко распределяя грязную жижу, обильно обработал ею крышку двигателя рядом с прокладкой. Когда вся троица вновь собралась у бледно-голубой мордашки «Гетца», восточный мужчина, указуя перстом на вылитое им же масло, изрёк:
– Масло чэрэз прокладку выдавило, конэц движку, скорей глушите!
Окончание его фразы ещё висело в воздухе, в то время как жертва уже достигла водительской двери и, низко нагнувшись, принялась судорожно теребить ключ в замке зажигания. Её зад, завернутый в купол серого плаща, выделывал в воздухе такие смелые движения, коим могли бы позавидовать даже опытные танцовщицы самбы. Наконец, двигатель заглох, и обескураженная женщина, всё так же нелепо прижимая сумку с обглоданными ручками к груди, медленно подошла к экстравагантной паре.
– Эвакуатор надо. Нельзя далше ехат. Совсэм бэда будэт, – сочувственно улыбаясь, мягко сказал армянин, закрывая капот.
– Так это долго, наверное. И как его найти-то? – произнесла женщина неожиданно тонким девичьим голосом, входящим в прямой дисбаланс с её внешностью.