– Вы его прикид-то видели? У него ботинки, по ходу, Док Мартинсы.
– Слышь подружки, – манерно кривляясь, тоненьким голоском пролепетал пижон, – я открою вам маленькую тайну… Наш Перас Передастра – гей! И нашел себе богатого папика.
– Да ладно, гнать тебе, какой из него гей, у него вон, дочка есть, – сказала розовая челка, держа на отлете тоненькую сигарету, – …или гей?
– Ой, ты знаешь в наше время одно другому не мешает, – перебила её тощая подружка.
– Хорош вам трындеть, нормальный мужик, геи на таких машинах не ездят, – вмешался ковбойского вида парень, поправляя воротник своей джинсовой рубахи.
К оживленно галдящей стайке студентов подошла ярко накрашенная блондинка с длинными распущенными волосами:
– А чего, чего случилось-то?
– А ничего, зацени вон тот джипак, угадай чей?
– Твой что ли?
– Ага. Перас Передастры.
Блондинка изобразила алыми губами удивленную букву «О», вытащила из переднего кармана тугих джинс сотовый телефон и длинным ногтем большого пальца принялась писать СМСку.
***
Кирилл с усилием выдохнул и уверенно открыл дверь. Почти вся кафедра была в сборе. Заполнявший наэлектризованное пространство гвалт внезапно затих. Не обращая на это никакого внимания, Кирилл прошел к своему столу и поставил на него портфель.
– Коллеги, нет смысла притворяться, что в пятницу ничего не случилось. Да, я ударил декана и считаю, что поступил правильно.
– Товарищ Лавров, – с издевкой в голосе сказала старший преподаватель Маргарита Генриховна, – я думаю, что выражу общее мнение, если скажу, что ваша хамская выходка не отвечает званию заведующего моей кафедры. Коллеги, да что мы вообще тут его слушаем…
Лицо Кирилла побагровело, но он подчеркнуто спокойным голосом ответил:
– Уважаемая Маргарита Генриховна, вы рано взяли на себя мои обязанности. Пока я еще завкафедрой, а вы – моя подчиненная. Так что будьте любезны, сконцентрируйтесь на выполнении своих прямых обязанностей.
Вспыхнув, Маргарита Генриховна схватила свой ридикюль и, звонко цокая металлическими набойками на каблуках, выскочила из комнаты.
– Коллеги, если никто не против, я продолжу, – так же спокойно сказал Кирилл, – я, как и вы, прекрасно отдаю себе отчет в том, чем чревата для меня подобная ситуация. Единственный выход, который я для себя вижу – это не ждать реакции ректората, а потребовать публичных извинений от декана перед Альфией Рустамовной. Если этого не произойдет, я поставлю вопрос о профнепригодности нашего декана в высших инстанциях.
– А я вас в этом поддержу, – сказала Валентина Петровна, громко стукнув карандашом по полированной поверхности стола, как бы желая поставить точку в этом непростом разговоре.
Глава 19 Искушение
Олег проснулся на большой кровати один. Оксана, скорее всего, уже уехала в свою консерваторию. Почему уроки музыки надо проводить так рано, может головы студентов в это время суток ещё относительно пусты от житейской суеты? Тот вечер, когда Кирилл ворвался к ним в дом с рыбой, преобразил не только отношения Олега с сыном. По всей видимости, картошка с рыбой под красное вино так подействовали на его жену, что с тех пор она ни разу не ночевала у себя в спальне. Судя по тишине, Сани тоже нет дома, видно, заставил-таки себя подняться к первой паре. Олег дотянулся до телефона и, настраивая фокус заспанных глаз, набрал номер.
– Серёня, привет. Спишь?
– Да какой там, с семи утра на ногах. Уже на рынок метнулся, маме рассаду купил. Как там наш студент?
– Не знаю, не видел его ещё, я вчера поздно приехал, а он уже спит. Не томи, Серёга, как там всё было?
– Да нормально, сработали чисто. Твой такой клип замостырил, осталось музыку наложить и можно на «Оскара». А так в целом не обоссался, всё грамотно сделал.
– Армяне не рыпались?
– Нет, переговоры прошли цивилизованно. Так что бойцы мои в машине за их ангаром всю дорогу и просидели без дела. В тот раз спектакль с арматурой и кетчупом не сработал, а в реале, смотри, парень раскрылся.
– А по их сервису новости какие?
– Дружок наш отзвонился, сказал, пакуют вещи. Поэтому я предлагаю, хорош в театр играть, можно теперь студента на серьёзные дела брать, там он и обкатается.
– Тебе, Серёга, только волю дай, ты мне из нейрохирурга бандюгана сделаешь.
– Да ты чё, Олег, ты же нас сто лет знаешь, мы плохому не научим.
– Ладно, спасибо тебе. Давай, до связи, – Олег сунул ноги в теплые меховые тапочки и направился прямиком к боксерскому манекену. Упругая имитация противника терпеливо дождалась, пока он сделает десять приседаний и безропотно приняла в себя минутную серию ударов.