Маг пожимает плечами.
— Тебе не понять, Магнус. У тебя есть всё!
— Лоренцо, ты верховный маг Бруклина! Что тебе ещё нужно?!
— Я уже очень давно верховный маг только номинально, чёрт тебя возьми! — орёт Лоренцо. — Если бы не твой крысёныш, у меня хоть бабло оставалось бы.
— Да, Макс хорош. Весь в отца, — довольно хмыкает Магнус.
— О нееет. Ты ему не отец. А твой Сумеречный Охотник тем более, — шипит Лоренцо. — Тебя это не пугает, Магнус? Что однажды Макс задаст тебе вопрос, на который ты не сможешь ответить?
Мужчина поднимается и направляется к выходу.
— Мне жаль, что тебя будет судить Конклав, — у двери мягко говорит он. — Я был бы милосерднее.
— Ты ещё не верховный маг!!! — кидается на стекло Лоренцо. — Будь ты проклят, Магнус Бейн!
====== Папочка три ======
— Я поверить не могу, Магнус!!! — орёт Александр, даже не думая сдерживаться. — Какого чёрта? Как ты мог? Как ты мог позволить ему уйти в Эдом?!
— Макс много раз спрашивал нас о его настоящих родителях, Александр, — тихо отвечает маг. — Мне надоело уходить от ответа.
— И ты отправил его искать ответы самостоятельно?!
— Не отправил, а отпустил. Александр, с ним ничего не случится. Если он влипнет в неприятности — мне сразу сообщат. У меня там полно должников. Ты же знаешь, я мастер выгодных сделок.
— Магнус!!! — Алек теряется, секунду просто стоит с открытым ртом. — Ты идиот, Магнус Бейн!!!
— Успокойся, кексик. Ему это было действительно нужно.
— Магнус! Ты опять пошёл у него на поводу. В этот раз по-крупному!
— Ему необходимо знать, кто его родители! — Магнус не сдерживается и тоже повышает голос.
— Рафаэль как-то без этого живёт. И Макс бы прожил! Но Рафаэль ведь не любимый сын, верно?!
— Алек… Я уже говорил тебе однажды и повторю снова. Рафаэль другой. Он — Сумеречный Охотник. Его кровные родители — Сумеречные Охотники. И вырос он среди Сумеречных Охотников. Спешу напомнить: в семье Главы Нью-Йоркского Института. Может он и хотел бы знать их имена, но его сути это не изменит! Потому что все Сумеречные Охотники одинаковы. Не обижайся, но это так. Джейс, Иззи, Клери, Мариз, Джоселин, даже ты — вы все одинаковые. Конечно, для меня ты особенный, кексик, но для какого-нибудь, — он театрально машет рукой в сторону пентаграммы на полу, — Асмодея вы все на одно лицо. Вне зависимости от того, какими рунами усеяны ваши тела и какое оружие вы сжимаете в руке. В мире магов всё иначе, Алек. Я не был бы Магнусом Бейном, не будь моим отцом Асмодей. Характер и внешность — мелочи. Я бы не был собой магически. В нашем мире очень важно знать, от кого ты унаследовал силу. Я не всегда буду рядом с ним. Как бы иронично это не звучало, я не вечный. Да, сейчас я многому могу его научить и от многого защитить, но как только за его спиной перестанет маячить тень Магнуса Бейна — всё изменится. И когда у него будут спрашивать «чей ты?», он должен будет называть не твоё и не моё имя. А спрашивать будут. Поверь.
— Магнус, он ребёнок! Уж лет десять ты как-нибудь ещё протянешь! — Александр потихоньку остывает, но всё ещё ближе к ярости, чем к спокойствию.
— В том то и дело. То что прощается неопытным любопытным глупышам, не прощается умудренным жизнью магам. Чем ты моложе, тем больше вероятности, что ты вернёшься из Эдома живым.
— Магнус. Если с ним хоть что-то случится, я…
Алек не успевает сформулировать угрозы, потому что пентаграмма на полу вспыхивает. Оба мужчины смотрят на неё в упор, один напряженно, другой заинтересованно. Через пару секунд в её центре появляется, крепко сжимая плечи Макса, высокий длинноволосый азиат с тростью.
— Отец? — удивлённо шепчет маг.
— Магнус, какого чёрта твой воспитанник заявился в мой дом?
— Не воспитанник, а сын.
— Тогда почему он требовал назвать его отца? Что, имя твоё забыл?
— Прям таки требовал? — маг подходит к мальчику, заглядывает в глаза.
— Я был достаточно вежливым, — бормочет Макс.
— И тебе дали ответ?
— Дедушка сказал, что будет разговаривать только с тобой.
— Я тебе не… — Асмодей обрывается, замолкает, будто смакует слово, которое чуть не сорвалось с языка. — Я могу только догадываться, кто его настоящий отец, Магнус. Судя по его внешности и способностям, у меня есть один вариант. Но вряд ли это возможно.
— Что, Люцифер? — севшим голосом уточняет маг.
— Не, у этого полно детей, — пренебрежительно отмахивается Асмодей. — И все даже в половину не такие талантливые. Макс силён, Магнус. Однажды, и очень скоро, он превзойдёт тебя. Чем меньше у демона отпрысков, тем они, как правило, сильнее… Так вот, судя по его внешности и его силе, его отец — Астарот.
Магнус растерянно садится на диван.
— Не может быть.
— Что? — наконец подаёт голос Алек. — Почему?
— Старший брат моего отца. Ещё один Принц Ада, очень могущественный. И весьма своеобразный. Астарот недолюбливает людей. Презирает их. И старается держаться от них подальше. Соответственно, до сегодняшнего дня, маги — как, видимо, и демоны — полагали, что детей у него нет. По крайней мере, на земле.
Макс растерянно переводит взгляд с Магнуса на Асмодея и обратно.
— А мы можем спросить у него?
— Исключено, — хором отрезают оба отца.
Принц Ада лениво пожимает плечами.
— Я лет сто его не видел. В своём дворце он давно не появлялся. Могу попробовать узнать, где его носит.
— Не утруждайся. Я знаю, сколько стоят твои услуги. Назови сначала цену за то, что вернёшь нам сына, — скрещивает руки на груди Магнус.
Асмодей мягко подталкивает мальчика за границы пентаграммы, разводит руками.
— Макс уже достаточно взрослый. Я договорился с ним лично.
Магнус обнимает сына, потом отстраняется, держа его за локти.
— Ты ведь не обещал ничего безрассудного?
— Дедушка ничего такого и не просил. Только раз в неделю отправлять ему письма о том, как у нас дела.
— Ты становишься сентиментальным, отец. Стареешь? — хмыкает Магнус.
— Я не сентиментальный. И не старею. И я не дедушка! Просто хочу знать, как дела у моего сына. Ты то мне никогда не пишешь.
Магнус только фыркает. Макс хитро улыбается.
— Я мог бы ещё и в гости приходить, скажем, раз в месяц, если бы вы нашли Астарота и…
— Макс!!! — Алек кидает разъярённый взгляд на сына и на Магнуса. — Не смей!!!
— Я попробую что-нибудь сделать, — Асмодей улыбается и это выглядит очень странно.
— Спасибо, дедушка.
Пентаграмма вспыхивает с новой силой.
— Я тебе не…
Асмодей исчезает, не успевая закончить. Алек смотрит на обоих магов с упрёком. Направляется к выходу из лофта.
— Па, ты куда? — кидается следом за ним Макс.
— Пойду проветрюсь, — хлопает дверью.
Макс провёл Бекки домой после художки и теперь неторопливо направляется в лофт. С его путешествия в Эдом прошло почти две недели и вроде как всё наладилось. Отцы перебесились. Больше не орут и не цепляются друг к другу по мелочам. Но он всё равно чувствует напряжение. Ловит на себе их обеспокоенные взгляды. Слышит обрывки натянутых разговоров. Макс знает, что рано или поздно эти двое найдут нужные слова и между ними снова будет тепло, как раньше. Но пока воздух в лофте разряжен и наэлектризован, как перед грозой, он не торопится туда возвращаться.