- Как будет угодно вашему величеству, - склонил голову полиморф, вставая.
- Может кто-нибудь объяснит мне, что такое не-жизнь? – потребовала госпожа Советник, едва Тристан покинул комнату.
- Позже, - отрезала Говорящая с Бездной. – Иоанн?
- Ваше величество? – насмешливо поклонился целитель.
- Ты все выяснил, что хотел?
- Так точно.
- Тогда займись последним узлом.
- Слушаюсь и повинуюсь, - он снова отвесил нарочито глубокий поклон и поспешил смыться из кабинета, пока друзья не накинулись с вопросами.
Пусть дракон им объясняет, что по чем для господина Ректора. Сам Иоанн не собирался сдаваться и позволять разменивать друга, как пешку. Не дождутся! О таких вещах нужно предупреждать заранее, а не ставить перед фактом! Проклятые драконы думают, что сумели обыграть Призванных, вынудили их плясать под свою дудку? Обломятся! Все еще можно изменить, он был уверен в этом. А пока следовало делать вид, что подчиняется приказам. Да и завязать последний узел действительно следовало.
Последние три дня он опять провел в мире Кима, хоть никому об этом не сообщал. Даже жил не в квартире молодого человека, а в гостинице. Так что, и Гена не знал, о прибытии целителя. Да и не мог Иоанн ничем больше помочь ему. И вообще прибыл не для работы по своей прямой специальности, а для того, чтобы поближе познакомиться с Валентиной. Направляющий жизнь, мгновенно почувствовавший присутствие фантома королевы Аквы, помог организовать «случайное» знакомство. Пары встреч с женщиной Иоанну хватило, чтобы разобраться, что она из себя представляет. И, как ни странно, он даже пожалел бывшую Кима. Не потому, что она потеряла любимого человека. А потому что в силу своей душевной ограниченности вообще не понимала, что значит любить по-настоящему. Впрочем, задачу это только упрощало, хотя не сказать, что рыжему гиганту нравилось то, что предстояло сделать. Ему вообще не нравилось быть кукловодом, особенно когда персонажи пьесы не вызывают ни малейшей симпатии.
У нужной комнаты он остановился, собираясь с духом, в последний раз готовясь к предстоящей беседе. Потом снял заклятие с замка и толкнул дверь.
Скрючившийся на жестком стуле Энвиарнаэль вскинулся и с ужасом уставился на вошедшего.
- Ты на чем специализировался? – без предисловий начал Иоанн, брезгливо глядя на дрожащего эльфа. И как Эмма не разглядела, какое он ничтожество?! Хотя сам виноват: смылся и не присматривал за дочерью. Морда у эльфенка смазливая, вот и запала по юношеской глупости. Валентине тоже должно понравиться. Особенно, если придурку придать соответствующий антураж.
- Ц-целитель Иоанн? – пробормотал эльф едва слышно.
- Он самый, - поморщился рыжий гигант. – Мне приказано провести с тобой инструктаж.
- К-какой инст-труктаж?!
- Первичный. Никто не собирается за тебя твою жизнь устраивать.
- Ж-жизнь? Ус-страивать? – глаза эльфа расширились. – А р-разве м-меня не?..
- Тебя не! – припечатал целитель. – Не казнят, не устроят несчастный случай, не запрут пожизненно в тюрьме и даже в родовом гнезде. Напакостил – изволь искупить. Есть кое-что, что еще следует уравновесить в двух мирах, чтобы не помешало рождению новой реальности. И сделать это придется тебе. Ты отправишься в ссылку, дружок. Возможно, пожизненную, - Энви что-то пискнул и начал медленно сползать со стула, видимо, решив потерять сознание. – А ну сидеть! – рявкнул Иоанн и, подхватив ушастика за шкирку, хорошенько встряхнул. Ему и раньше не особо хотелось церемониться с этим недоразумением, а сейчас накопившиеся негативные эмоции: страх за друга, обида на судьбу и драконов, горечь, оттого что их обманули, прорвались наружу. – Если ты собираешься падать в обморок от любой ерунды, то той твоей жизни, считай, пара дней осталась! Хочешь жить, причем даже неплохо, слушай и запоминай.
- Что запоминать? – понуро поинтересовался Энвиарнаэль. Заикаться он вдруг перестал, страх сменился апатией. – Что такого могу я узнать важного, что поможет мне в ссылке? Бросьте, целитель. Какая разница, как меня решили уничтожить драконы? Чем быстрее помру, тем всем легче будет.
- А вот фиг тебе, а не помирать! – заорал Иоанн, окончательно выходя из себя, и от души влепил эльфу пощечину.
- Ой! – Энви плюхнулся обратно на стул и принялся тереть сразу покрасневшую щеку, растеряно глядя на человека. – За что? – всхлипнул он, заметив, что тот скрипит зубами в тщетной попытке взять себя в руки.
- За все хорошее! – пробурчал целитель. – Давно хотел, если честно. За все, что ты моей дочери устроил.
- Я не нарочно! – заскулил эльф. И тут его словно прорвало. Энви принялся вываливать на Иоанна все, что давно наболело. – Сначала она сама, а я не против был. Она красивая, хоть и человек. И умная. С ней весело всегда. А еще она на мне практиковалась. А она же талантливая. Мне все эльфы завидовали. Потом все как-то проходить стало... Я в аспирантуру уехал в Инферандию. А когда вернулся, мы уже просто как бы друзьями были. А потом... потом меня дядя увидел, когда я к Эмме в дом входил. Случайно увидел. Вызвал к себе, начал спрашивать, мол, откуда ее знаю. Ну я, дурак, и не промолчал, прихвастнул, что было, и хоть прошло, но все еще дружим. Через час от матери пришел приказ немедленно ехать домой... Я сам не понял, как меня через все обряды посвящения протащили... Гордился! Вот он я какой ценный кадр, без подготовки, в орден... – Энвиарнаэль некрасиво шмыгнул носом, по щекам его покатились слезы. – Я ведь искренне клялся! Я и вправду думал, что мир развалится без нас! И тогда они мне рассказали про Эмму... – тут эльф окончательно разревелся, по-детски размазывая кулаками по лицу соленую влагу.