- Ваше величество, - растерянно посмотрел на королеву вампир, - я совсем не уверен, что смогу провести анализ для реалий иного мира. Если бы я хотя бы был там, на месте... Но так... Нет, боюсь, я могу оказать медвежью услугу паутине иной вселенной.
- Ох уж эти маги! – Тегета недовольно встопорщила крылья. – А просто головой подумать, без волшебства? Слабо? Или вы не лучшие?
- Подозреваю, это уже дело привычки: если анализ – то магический, - понурился Винченцо. – А вот что из такого магического анализа получится...
- А вы результаты сравните, - хихикнула королева. – Ювенария пусть головой думает, а ты магией попытайся. Вот и посмотрите, что получится.
- Логично, - усмехнулась госпожа Жесткая. – Но хотелось бы знать, что у нас за пленник. Вроде бы мы с него должны начинать.
- Следуйте за мной, - фантом вспорхнул и вылетел из кабинета декана. Тегета даже не обернулась, прекрасно понимая, что советники не посмеют ослушаться.
Дарбли тем временем добрался до кабинета Ректора. Одетты на месте не оказалось, что, в общем-то, неудивительно – она сейчас находилась в приемной самого декана. Тихо постучав и не дождавшись ответа, гном приоткрыл дверь. И остолбенел. Игнатий сидел в кресле за рабочим столом, лицом к входящим, но... лица-то на нем как раз и не было. Зато перед Ректором стояла почти пустая бутылка любимого коньяка. За полвека дружбы Дар никогда не видел полиморфа таким... таким... опустошенным, что ли. И пьяным.
- Нат? – негромко позвал декан.
Оборотень вздрогнул, сфокусировал взгляд на друге и равнодушно протянул:
- А, это ты...
- Нат, что случилось?! – гном стремительно пересек комнату, положил руки на плечи другу, заглянул в глаза. – Нат?
- Дар! - словно только теперь осознав, кто перед ним, встрепенулся Игнатий. Перевел взгляд на бутылку. – Дар, кажется, ты не вовремя...
- Нат, что ты говоришь?! Я тебя одного в таком состоянии не оставлю! – возмутился декан. – Ты что с собой сделал? Где тебя вообще носило четыре дня?!
- Дар, отвянь по-доброму, а? – как-то совершенно безнадежно попросил полиморф.
- И не подумаю! Меня, между прочим, к тебе Тегета прислала, сказала, что у тебя вопросы будут. Вот только вопросы почему-то у меня возникли. Мно-о-ого!
- Драконы! – зло выплюнул Игнатий. – Все им мало!
- Нат, не пугай меня! Чего такого они от тебя потребовали? Чего ты им не сделал?
- Чего не сделал? – улыбка оборотня была горькой и презрительной. – Я все сделал, Дар. Все! И взамен попросил сущий пустяк – свободу для одной единственной женщины. Свободу от меня! – он запустил пальцы в и без того встрепанную шевелюру, потом с силой провел ладонями по лицу. - У нас нет разводов, дружище. Не принято. Тем более, в королевской семье. Если и случаются, то только по указанию драконов. И это все, что я от них хотел: дать такое указание. Всего-навсего пнуть моего венценосного деда в его замшелый традиционалистский зад, чтобы Деметрия смогла строить заново свою жизнь, - он снова невидяще воззрился на гнома. – Всего-то! Разве я так много попросил?!
- Ты... ты... – опешил Дарбли, - ты ездил разводиться с женой?!
- Да кто мне позволит? – уныло пробормотал Ректор и судорожно вздохнул. Потом схватил друга за руки, выкрикнул с силой и отчаяньем: – Да Бездна бы со мной, Дар! Ее-то за что?!
- Нат, я ничего не понимаю, - декан потряс головой. – Зачем тебе это вдруг понадобилось? Вы женаты почти сто лет, и тебя это никогда не тяготило. Что теперь-то случилось?
- А-а... Не важно, - Игнатий махнул рукой. – Забудь, - он откинулся на спинку кресла, закрыл глаза. – Действительно, мне-то что? Для меня уже все решено, все кончено... – пробормотал едва слышно, потом резко выпрямился, схватил бутылку, вылил остатки ее содержимого в бокал и залпом выпил. Только после этого снова взглянул на гнома и совершенно трезвым голосом произнес: - Дар, тащи следующую. И бокал для себя. Составишь мне компанию. Напиваться в одиночестве не комильфо.
- Еще бы я понимал, из-за чего пьянка, - проворчал Дарбли, но к бару пошел.
Многолетний опыт научил декана, что, в отличие от гномов, люди и оборотни напиваются не только на радостях, но и с горя. И напоить Ректора до состояния нестояния, пожалуй, было единственным способом заставить его выложить, что же такого случилось. Во всяком случае, трансфигуратор очень на это рассчитывал.