Глава 1.
Мигель.
— Вон та чёрненькая, с ногами от ушей, м? Как тебе? Тоже нет? Хмм... А я бы засадил.
— Дэви, брат, притормози! Тебе дай волю, ты всем засадишь. Но Мигель гость, у него право первого выбора. Что скажешь, Миги? Хороши?
— Вон та, в углу, — шевельнул пальцем Мигель, — это кто?
Алекс привстал, всматриваясь в толпу танцующих.
— Которая?
— У окна.
— А, эта, — тут же потеряв интерес, он сел обратно, — это так, не в счёт. Ланка притащила, то ли подружка, то ли сестра её. Просила не трогать, извини, брат.
Мигель снова заскользил взглядом по сжавшейся в комок хрупкой фигурке в мешковатом балахоне и джинсах. Девушка сидела на невысоком помосте у стеклянной, в самый пол стены и, обхватив себя руками, смотрела в одну точку. Слегка отливающие медью тёмные волосы прикрывали лицо, и кроме части скулы и кончика носа Мигель ничего не видел. Но с каждой минутой всё больше хотел. Девчонка смотрелась нелепо, чуждо на этом празднике жизни. И этим привлекала.
— А Ланка, это кто?
Давид рассмеялся:
— А это как раз та чёрненькая, с ногами! И я не я, если она уже не отсосала тебе взглядом.
Мигель плеснул в стакан виски и поднялся.
— Держи, — сунул ему ключ Алекс. — Только никого туда больше не пускай. Заблюют нахрен.
Мигель ещё только двинулся к толпе танцующих, ещё даже не подснял Лану взглядом, а она уже поправила смачные дыньки в вырезе топика, и, в полной уверенности, что он идёт к ней, призывно облизнула губки... А он прошёл мимо.
Присел возле странной девчонки, протянул стакан:
— Тебе надо расслабиться.
Она глянула на него удивлённо и, ещё плотнее обхватив себя руками, словно хотела исчезнуть, отвернулась. Симпотная.
— Зовут тебя как?
Её пальцы, сжимающие плечо, нервно вцепились в рукав, но не ответила. Ну и ладно. Оставил возле неё стакан с виски и, сходу подцепив Лану за руку, потащил к лестнице наверх.
Малышка оказалась без трусиков и такой сочной, что, сунув руку под её юбчонку ещё на ступеньках, Мигель чуть прямо там не присунул и всё остальное. Требовательно, сладко заныли яйца.
Дёрнул её на себя, прижал к стене в холле второго этажа и сунул ей в рот вымазанный её же соками палец. Она закрыла глаза и мощно втянула его. Её язычок творил с ним какие-то чудеса, на щеках ритмично появлялись и исчезали ямки. Причмокивала, балдела. И ещё больше текла.
— Сучка... — довольно усмехнулся Мигель. — Ты с кем здесь?
Она распахнула глаза:
— С подружкой. Но до утра она сама по себе, я сама. — Схватила его руку и, едва не утопив в смазке, сунула в себя его палец. Задрожала, задвигала бёдрами. — Трахни меня прямо здесь, так, чтобы все видели?
Мигель поиграл с ней, потеребил скользкий, упруго налитый клитор, изучил пальцами жаркую сердцевинку лона. Довёл её до дрожи, до порога... И вдруг отстранился. Она разочарованно заскулила. Он помотал перед её носом ключом:
— Хочешь продолжения, зови подружку.
— Но...
— Тогда отвали.
Лана понятливо одёрнула юбочку и побежала вниз.
Комната Алекса была с огромной кроватью и полностью стеклянной стеной, за которой открывался вид на лужайку за домом. Мигель подошёл к окну, поглядывая, как куражатся в бухом угаре гости возле бассейна внизу, стянул с себя футболку, отшвырнул. Дёрнул ремень, рванул молнию джинсов, освобождая рвущийся в бой член. Неужели, Ланка всё-таки притащит её? При мысли о том, что эта странная девчонка скоро будет стонать под ним, член сладко дёрнулся. Мигель сжал его в руке и, вымазывая капельку выступившей смазки, протянул плоть по головке: вперёд-назад.
Боится, маленькая. Но никуда не денется, до утра времени ещё валом. Сначала он просто даст ей потрогать себя. Пусть привыкает. А потом он будет трогать её...
Рука заходила быстрее.
И ножки ей раздвинет, удержит коленки, когда малышка попытается испуганно их свести... Будет гладить нежные складочки до тех пор, пока испуганная и смущённая девочка не увлажнится, не затвердеют сосочки, и не зальются стеснительным похотливым румянцем щёчки... А потом он подомнёт её под себя и наконец протиснет член в её узкую щёлку...
Упёрся свободной рукой в стекло, выдохнул, сбавляя темп. Спокойно! Ещё не хватало кончить, так и не дождавшись главного блюда. Но и прекратить дрочить было трудно. К тому же, в бассейне на лужайке за окном плескались тёлочки, вертели попками, завлекали. Одна заметила его, помахала рукой. Махнул в ответ. За спиной щёлкнула дверь.
— А вот и мы, — мурлыкнула Ланка.
Мигель повернулся... А это была не она. Не странная малышка, трахая которую в фантазиях, он чуть не кончил в реале. Но это были такие породистые сучки, что Ланка, что эта её подружка, рыжая бестия, что ни о каких скромницах больше не могло быть и речи.