Глава 7.
Лизи.
Задыхалась от страха и отчаяния. Сидела на корточках, упираясь спиной в запертые ворота и вспоминала, как преодолевала начинающиеся приступы астмы раньше — надо успокиться и концентрировать внимание на долгом ровном выдохе, чтобы вдох происходил незаметно, будто бы сам собой...
Всё, что на сейчас могла — это дожидаться утра и уже тогда снова пробовать попасть в пансионат.
В пугающей темноте леса мерещились звуки, вспоминались рассказы садовника Питчера о том, что недавно здесь заметили волчью пару. А когда откуда-то вдруг донёсся вой, вскочила, заозиралась, испуганно обхватив себя руками...
Совсем рядом треснула ветка, и по кустам пронёсся шум — там явно кто-то пробирался! Лизи снова замолотила в ворота.
— Отройте! Сейчас же откройте, вы не имеете права! Я Элизабет Морган! Откройте!
Бесполезно.
Треск веток повторился ещё ближе, но теперь уже слева от дороги. Лизи в ужасе прижалась спиной к воротам и замерла. А когда в круг света фонаря вошёл вдруг человек — вскрикнула и схватилась за сердце.
Это был Марли — сын садовника Питчера. Он был придурковатый — ему было лет двадцать, пожалуй, а он всё ещё строил шалашики на деревьях в саду и по ночам лазил по крышам, спускаясь на балконы и подглядывая в окна за девочками. Рассказывали даже, что одна воспитанница застукала его за тем, что стоя под окном, он показывал ей член. Поэтому девочки его боялись и сторонились.
Но сейчас Лизи была рада ему так, словно это сама наставница Роуз пришла!
— Ты чего орёшь? — спросил он, как ни в чём не бывало. — Не пускают?
— Как видишь, — испуганно ёжась, сделала она пару от него.
— И не пустит. Ночь! — глупо ухмыльнулся, оглядывая её с головы до ног. — Хочешь, проведу? У меня есть секретный лаз.
Она хотела, очень! Но добровольно идти с ним в лес...
— Нет. Я здесь посижу.
Он пожал плечами и пошёл, но когда его фигура скрылась в темноте, Лизи не выдержала:
— Постой, Марли! Я с тобой!
Он взял её за руку. Ладонь его была тёплая и потная, а ещё он мял пальцы Лизи, как если бы они были влюблённой парочкой и постоянно останавливался, оборачиваясь и молча разглядывая её. И это было жутко. Она сто раз уже прокляла свою трусость и решение идти с ним!
Но Марли действительно вывел её к месту, где упавшее на забор дерево позволяло перебраться на территорию пансионата.
Едва оказавшись внутри, Лизи попыталась сбежать, но Марли вдруг крепко сжал её руку и поволок за собой.
— Пусти! Пусти, или я буду кричать!
Но навстречу им вдруг выскочили два огромных пса, о которых Лизи совершенно забыла!
— Хорошие пёсики, — заговорил с ними Марли. — Хорошие.
Псы прекрасно знали Марли, поэтому лишь осмотрели их, обнюхали и убежали обратно в темноту.
Лизи поёжилась, вспомнив историю, как четыре года назад одна из воспитанниц пансионата зачем-то пыталась сбежать — вот так же ночью, и эти самые пёсики здо́рово покусали её. Та девочка потом погибла, но правда уже не из-за собак — в летнем корпусе лазарета, в который её положили, случился пожар. Само здание успели потушить, но девочка задохнулась угарными газами.
— Такая судьба, никто не застрахован, — печально вздыхала на панихиде наставница Роуз, и девочки были с этим согласны.
Но сам факт, что собаки охраняют пансионат не только от посторонних, но и от самих воспитанниц, надолго отбил у них охоту выбираться из зданий по ночам.
Марли неожиданно притащил Лизи к главному корпусу. Она был темный, все уже давно спали, но на втором этаже, в жилых апартаментах наставницы Роуз мягко светились зашторенное портьерами окно спальни.
— Ты с ума сошёл? — уже понимая, что Марли собирается провести её именно на террасу второго этажа, возмутилась Лизи.
Но он лишь прижал палец к губам и, ловко подтянувшись на краю карниза, взобрался на террасу. Свесил сверху руку, предлагая Лизи схватиться.
У неё был выбор — остаться внизу, где в любой момент могли снова прибежать собаки, или принять приглашение Марли. Пришлось лезть.
Крадучись подошли к окну. Оно было плотно зашторено, но Марли пошарил в самом углу рамы, и в его руках появилась нитка. Обычная швейная нитка, продетая в крохотное отверстие деревянной рамы.
— Это папа придумал! Удобно. — Довольно усмехнулся Марли и осторожно потянул за неё. Штора вдруг медленно и с трудом, но поползла в сторону! Когда щель приоткрылась дюйма на полтора, он с сожалением вздохнул: — Больше нельзя, заметят! — и поманил Лизи. — Смотри!
Она глянула и обмерла — голая наставница Роуз стояла на четвереньках на кровати прямо напротив окна, а сзади, схватив за волосы и заставляя прогибаться в спине, в неё вколачивался голый садовник Питчер.