— Куда?
— Ко мне. Я тебе говорил, что ты теперь моя, или ты и это не помнишь? Так я напомню!
Это прозвучало очень требовательно и с раздражением, но они звали её на волю, и явно не были ни людьми отца, ни людьми Мясника.
— Там собаки... — собираясь духом, предупредила она.
— Ага, — хмыкнул Мигель. Были. — Хлопнул по поясу и Лизи с ужасом увидела заправленный за ремень пистолет. — Пошли, пока охрана не прибежала. Одного трупа нам на сегодня хватит.
Выбралась из окна, мягко спрыгнула на руки Мигелю, случайно ткнувшись лицом в его шею, и её вдруг накрыло каким-то знакомым ощущением... Невозможно было понять что это. Словно воспоминание, которое не удаётся схватит за хвост.
Побежали через лужайку, нырнули в тень от каштанов, и Лизи вскрикнула: поперёк дорожки лежало тело. Это был Марли. Замерла.
— Алекс, убери его к чёрту, — ругнулся Мигель, и потащил Лизи дальше. — Давай, давай, сладкая, нам пора.
— Что... Что с ним? — выдавила она.
— Нарвался, — кряхтя от натуги, пояснил Алекс.
— Ты что убил его? — вырвала Лизи руку из пальцев Мигеля. — Ты с ума сошёл?!
— Ну, во-первых не убил, а ранил, и если его найдут до утра, то он, возможно, даже выживет. А во-вторых, если бы не я его, то он бы меня. Алекс, покажи!
Алекс тут же продемонстрировал большие садовые ножницы.
— Но ими просто кусты стригут! — возмутилась Лизи.
— Ага! Вот только я не куст, а он зачем-то пытался воткнуть их мне в живот. Перестань меня лечить, сладкая. Я этого не люблю. Я Мигель Сандерс! Я сам знаю что, как, и когда мне делать!
Тем же путём, которым Лизи попала сюда вчера ночью, теперь выбрались обратно. Довольно долго бежали по дороге и наконец добрались до припрятанной в тени кустов машине.
Глава 8/2
Сначала Мигель расспрашивал её, почему она такая напуганная — была тогда на вечеринке, и сейчас тоже — и Лизи, которой необходимо было выговориться, рассказала, о том, как приехала к отцу просить помощи для мамы, а он решил отдать её за свои долги какому-то богатому старику.
— Ну и я сбежала...
— И правильно сделала! Но теперь всё, сладкая, ничего больше не бойся, — уверенно кивнул Мигель. — Я тебя никому не отдам. Будешь жить в моей норке, и купаться в роскоши и сексе... В хорошем, отвязном сексе. Я научу. Помнишь, обещал? — обернулся, подмигнул. — Только даже не вздумай больше сбегать, ясно? Ты теперь моя крошка, запомни!
Потом разговоры затихли, и Лизи сидела на заднем сиденье и, поглядывая на уверенно держащего руль Мигеля, с ужасом вспоминала, как тогда, на вечеринке, после того, как увидела его голым в окне, её вдруг охватила страшная похоть...
Спасаясь от неё, она забрела в укромное местечко на берегу пруда. Села на камень под нависшими к земле ветками ивы и затаилась. Голова кружилась, губы покалывало, а между ног словно плескалась раскалённая лава желания. Мысли снова и снова возвращались к картине: он, голый и красивый, непристойно даёт смотреть на себя. А стоило ей подумать о том, что если он вдруг ещё и сексом занимался прямо там, у окна... Фантазия дорисовала развратные, жаркие картины и в душу снова прокрадывались тайная зависть и желание оказаться на месте Ланы и её подружки. Раздирало от этого желания. И одна часть Лизи понимала, что с ней происходит что-то не то... А другая уже не могла остановиться.
Поёрзала на камне, осыпаясь мурашками от ощущения того, как приятно прикасается твёрдый выступ к промежности. Это было ярко и чувственно даже через джинсы. Хотелось кончить. Жутко хотелось кончить, прямо хоть садись верхом на камень и... Как она иногда делала на подушке.
Голова кружилась, приятно, тепло разливался по венам коктейль, мысли тянулись медленно, и только одно было сейчас важно: налитая пульсирующим желанием точка между ног.
Чуть приспустившись с камня, просунула руку под пояс джинсов, коснулась клитора и тут же судорожно свела колени. Да что это? Почему всё так чувствительно и безумно?
Клитор не просто горел, он пульсировал, и пульсация разливалась жаром дальше по промежности, обволакивая сладким желанием вокруг дырочки... В которой ещё не бывало ни одного мужчины.
А вот сейчас хотелось пропустить через неё всех до одного с этой вечеринки! Лежать на газоне, там, возле бассейна, голой, широко расставив ноги, и чтобы все желающие могли воспользоваться ею, как самой грязной на свете шлюхой! А этот, черноглазый красавчик Мигель, чтобы смотрел, как её трахают и поглаживал свой каменный член, готовясь войти в неё тоже...