Начать с того, что обе они были почти голые. На брюнетке оставался лишь пояс с подвязками и чулочки, а на рыжей лифчик из прозрачного кружева, сквозь которое просвечивали шоколадные сосочки, и крохотные трусики с прорезью в нужном месте, из которой, приоткрывая губки, бесстыдно выглядывал набухший клитор.
Мигель хищно оскалился:
— Кто первая врубит свет на полную, ту трахну прямо здесь, так, чтобы вся тусовка видела!
Девочки шутливо сцепились за право быть самой грязной сучкой, а потом Ланка упала на колени и сделала то, что с первой же секунды, как увидел, захотел сделать Мигель: жёстко втянула набухший клитор Рыжульки в рот. Та грохнулась спиной об стену, задрожала, разводя пошире ноги, вцепляясь в волосы подруги, притираясь к её лицу промежностью.
Наблюдая за ними, Мигель стянул с себя джинсы. Дилемма, однако. Какой вставить первой? Ланкина задница была смачная, хотелось вцепиться в булки, раздвинуть и ворваться с чёрного хода, прямо в попку. Рыжулька была покостлявее, но её широко расставленные ножки так красиво напрягали жилы вокруг промежности, что безумно хотелось оттрахать её в шпагате, на весу вколачивая в стену.
— Эу, киски, я вам не мешаю, случайно?
Они рассмеялись и, не сговариваясь опустившись на колени, поползли к нему. Шикарные блудливые кошки!
Потом рыжая, стоя на коленях у панорамного окна, сосала ему — смачно, громко, заглатывая яйца и послушно позволяя протиснуть член до самых гланд, а чёрненькая, лёжа на спине, отлизывала в это время рыжей и шаловливо догоняла саму себя пальчиками.
А потом вообще было такое!
И вообще без разницы, которую из них он натянул первой. Как и то, через какое место натянул и как именно. Сейчас он даже не помнил этих деталей. Просто лежал теперь, раскинувшись, на громадной кровати Алекса и кайфовал от того, как гудят досуха пустые яйца.
Глава 2
Мигель.
Выбравшись, наконец, из спальни, Мигель осмотрелся. Сейчас, после двойного жаркого забега с Ланкой и её рыжей подружкой, толпа, шум, запах курева, алкоголя, пота и разврата утратили прежнюю привлекательную остроту. Теперь это всё раздражало и не больше того. В принципе, можно было бы даже свалить, тем более что ни Алекса, ни Давида не было видно. Но Мигель хотел ещё разок увидеть странную девчонку. Она до сих пор не отпускала его мысли, и это раздражало, потому что теперь, при пустых яйцах, было точно понятно — это что-то большее, чем похоть.
Прошёлся по дому и парковой территории. Вышел к бассейну. Её не было. Зато, куда ни глянь — всюду эта Ланка. Лезет под взгляд, губёшки надувает, влажно улыбается. Похоже, решила, что на сегодня она его избранная тёлочка? Не, цыпа, проехали. Ты хотя и зачётная, но уже попользованная. Гуляй по холодку.
Нашёл её чисто случайно, возле пруда, под свисающими до самой земли ветвями ивы. Девчонка сидела на камне и, запрокинув голову и часто дыша, плавно ёрзала, словно вот только что села на член.
Подошёл сзади, опустил руку на ёё оголённую шею. Такая тонкая и трепетная. Самый раз, чтобы сжимать до хрипов, трахая раком.
Но вот опять. Он только представил, как входит в неё, а член снова ожил.
Девчонка вздрогнула. Из приоткрытого ротика вырвался шёпот:
— Уходи... Пожалуйста... — И тут же судорожно стиснула коленки и ещё сильнее запрокинула голову, осыпая руку Мигеля каскадом своих длинных волос. — Ну же... — Она уже не просто шептала, а стонала и почти кончала, прямо вот так, просто сидя на заднице, и страстно притирая коленку к коленке.
Сомнений не осталось — он застукал странную девчонку за мастурбацией. Пустые яйца начали стремительно тяжелеть. Сунул руку в вырез её балахона, схватился за голую упругую грудь с твёрдым остреньким сосочком. Сжал его, потянул, специально делая больно, но девчонка только задышала ещё чаще и взмолилась:
— Помоги мне... Пожалуйста!
Сладко дёрнулся, мгновенно наполняясь раскалённой кровью член.
— С удовольствием, сладкая. Хочешь прямо здесь?
— Нет, ты не понял... Я не знаю, что со мной происходит. Это сильнее меня, я боюсь этого. Я не знаю, что с этим делать...
Мигель опустился на колени за её спиной, чувствуя, как малышка дрожит и подаётся ему навстречу и сунул руку ей в джинсы. Трусики были насквозь мокрые. Двинул их в сторону, погружая пальцы в лужицу густой, горячей смазки.
— Ты просто хочешь меня, детка. Этого не надо бояться, я ведь тоже тебя хочу.