Она села поближе к сыну, но взгляд ее до сих пор был направлен на прихожую, дверь которой закрылась за этим неуемным упрямым мужчиной.
От него веет такой невероятной энергией, что хочется просто идти следом. Ее манят эти зеленые глаза, а руки жаждут коснуться горячего крепкого тела.
Милена уткнулась в собственные ладони.
Кого она обманывает!? Ее отказы сплошная бутафория, и этот дьявол точно знает об этом.
- Вот, мам, я все настроил, - Сэм счастливо вручил Милене телефон. - Теперь сможешь звонить!
- Спасибо, родной, - поцеловала она сына в макушку. - Мистер Миринати сказал, что завтра купит телефон и тебе.
- Да, - мальчик опасливо поглядел на мать. - Можно?
А Милена лишь вздохнула:
- Бесполезно вас отговаривать. Вы все равно меня не слушаете.
- Но ведь он предупредил тебя заранее! - воскликнул Сэм.
- Защищаешь его? - Милена не понимала, что именно сейчас чувствует. Но, как ни крути, это не злость и не раздражение, и даже не страх.
- Я просто говорю, как есть, - неуверенно пробормотал Сэм, а Милена улыбнулась.
- Все хорошо, милый.
- Мама, ты самая лучшая! - нарочито ласково воскликнул мальчик и обнял ее. - Идем! Мы тебя со всеми познакомим! У Лукаса очумительные друзья! - потащил он Милену за руку на улицу.
Она вошла во двор следом за сыном, глядя на его узенькую спину с улыбкой, но стоило лишь посмотреть на Лукаса, и вновь Милена утонула в его глазах. Этот мужчина выделялся среди остальных, словно закатное солнышко на фоне чернеющего вечернего неба.
- Ребят, девчат, знакомьтесь, - Лукас отвлекся от гриля и подошел. - Это Милена Ланье - мама Сэма и мой близкий друг, - последние слова он произнес настолько бессовестно улыбаясь, что Милене захотелось ему стукнуть по голове. - Милена, это ребята. - Кевин и Джоан, Каин и Эсфер.
Все стали подниматься и пожимать ей руку, а она лишь растерянно улыбалась, знакомясь и приветствуя новых людей.
Вечер проходил в теплой дружеской атмосфере. Парни рассказывали забавные истории из их жизни, где главным героем и инициатором почти всегда выступал именно Лукас. Все они хохотали, вели себя совершенно открыто и просто. Здесь не было одиноких или несчастных.
Милена заметила, как доверчиво жены жмутся к своим мужьям, а те совершенно привычно чмокают их то в щеку, то в макушку. Так по-семейному, так любяще...
Что-то неприятно тоскливое пакостно заерзало в душе, и Милена вцепилась в майку на груди, как, вдруг, на ее спину легла широкая горячая ладонь:
- Тебе нехорошо?
Зеленые чарующие глаза обратились к ней, и тревога, затаившаяся в них, успокоила Милену. Этот взгляд закрался в ее сердце, будто спасительный шов, что заштопал одну из огромных ран. В кой-то веке она перестала чувствовать себя одинокой и благодарно пролепетала:
- Нет, просто устала немного.
- Да, ребят, а ведь мы и правда засиделась, - с улыбкой произнесла Джоан и поднялась, а следом за ней ее муж.
- Было очень приятно познакомиться, - вышла из-за стала Эсфер, а за ней Каин.
- Мне тоже, - торопливо подскочила со скамейки и Милена, а следом встал Лукас.
Ничего необычного не произошло, но этот его непримечательный жест внимания слишком сильно понравился Милене, и сердце вновь пустилось в торопливый бег.
Она с улыбкой протянула руку новой знакомой, а Джоан звонко засмеялась и осторожно обняла ее.
- Пока, Милена, пока, Сэм.
- До свидания.
- Пока, ребят!
Лукас проводил друзей до ворот, попрощался, покачал головой в ответ на их нескончаемые шуточки, вернулся во двор и замер.
Обычно, после каждых посиделок он возвращался к тишине и ненавязчивому одиночеству, но сейчас в его доме не было места унынию.
Сэми убирал со стола и рассказывал маме, о том, как Лука учил его готовить рыбу на гриле, не смолкая, болтал о том, как они рыбачили из лодки, а Милена с интересом слушала и кивала, помогая ему с посудой.
Немного суетливо и весело, громко и по-домашнему.
Лукас уставился на эту картину и понял, что не хочет сегодня оставаться один. А может он вообще больше этого не хочет.
- Может на ночь останетесь? Уже поздно.