Элиз вновь ошалело взглянула на фотографию. Она была совершенно не готова к тому, что тот мальчик остался жив, и тем более не ожидала, что он окажется Лукасом Миринати, а в горле противно зазудело.
Детектив весело улыбнулся, видя застывшее от ужаса и шока лицо мисс Эбонд.
- Как думаете, узнай он обо всем - оплакивал бы вас?
Элиз не могла говорить, ее сердце сковало болезненным припадком и ей стало трудно дышать.
"Вы бывали в Вене?"
"Я жила в Вене до двадцати лет, но не люблю этот город. Там со мной не произошло ничего хорошего..."
В груди разгоралась ужасающая боль.
- Может мне попросить его прийти?
- Нет, - прохрипела Элиз, только сейчас осознав что тогда натворила. - Он уже приходил...- И кардиограф заметался, будто сумасшедший.
Ее тело болезненно засаднило, дыхание перехватило. Начался припадок. Кашель не унимался; в палату вбежали медсестра с врачом. Они что-то кричали, звали Элиз, пытались помочь, но мисс Эбонд их уже не слышала.
Она чувствовала, что это конец, однако перед глазами стояли не муж и дочери, нет, перед ее глазами стоял тот пухлощекий малыш, которого она оставила тогда в мусорном баке. И только сейчас, увидев этого взрослого мужчину на фотографии, Элиз поняла кем ее считает семья, кем она является - убийцей. Тогда в том переулке она избавилась не от проблемы, она не освободилась от абузы, она оставила умирать живого человека. Мальчика. Собственного сына.
- Прости...
В палате все стихло. Протяжный тоскливый писк кардиографа, оповестил о том, что Элиз Эбонд не стало, а в руках она по-прежнему крепко сжимала фотографию, с которой смотрел невероятно красивый улыбчивый мужчина, как две капли воды, похожий на нее.
- Лукас! - Милена угрожающе замахала ложкой. - Адри! Сэм!
Все трое тут же остановились и медленно повернулись к ней, а она сердито поглядела на эту троицу.
- Что за детский сад?! Догонялки устроили в девять утра! Ну ладно Адри, но вы! - уставилась она на Лукаса и Сэма.
- А что мы? - развел руками Лука. - Я Адри догонял, - подхватил он на руки светловолосую кучерявую девчушку.
А та торопливо закивала:
- Да-да, мамочка! Это я попросила папу поиграть в догонялки.
Милена сердито погрозила им рукой:
- А ты? Сэм! Ну семнадцать лет уже!
- А меня тоже Адри попросила, - улыбнулся высокий широкоплечий парень и чмокнул Милену в щеку. - Да ладно, мам, не дуйся, - он уселся за стол и налил себе в стакан грушевого сока из кувшина.
- А почему ты не в форме? В школе что дресс код отменили? - вопросительно уставилась она на сына.
- Мам, старший класс. Какой дресс код? Да и ребята засмеют же если я в брючках в квадратик припрусь.
- Что?
- Не буду я носить эту дурацкую форму. Мисс Нимит уже давно смирилась.
- Сэм!
- Не-а, - покачал он головой, закидывая в рот виноградинки из стеклянной чаши.
Милена перевела гневный взгляд с сына на мужа, который, сидя напротив Сэма, кормил дочку печеньем. А она стояла рядом, и, как котик, довольно жевала и мурлыкала.
- Лукас.
Услышав свое имя с такой грозной интонацией, Лука оторвался от веселого занятия и предупредительно взглянул на парня:
- Сэми.
Тот тоже посмотрел на него. Они молча обменялись взглядами, и парень кивнул.
- Сейчас переоденусь, - встал он и с тяжелым вздохом направился в свою комнату на втором этаже большого особняка семьи Миринати.
Лукас тоже поднялся и пошел следом:
- Держи, - остановил его чуть поодаль и подал ключи от мустанга. - Твоя запасная одежда в багажнике, - тихо шепнул, а тот радостно улыбнулся, но снова нарочито похмурнел:
- Спасибо, пап.
Лука хлопнул его по плечу и вернулся в столовую.
- Что это ты ему такого сказал? - подозрительно прищурилась Милена.
- Это наше мужское дело, - чмокнул он ее в губы.
- А я знаю, что папочка сказал, - усевшись на стул и махая на нем ножками, уверенно произнесла маленькая Адриана.
- Правда? И что же? - удивленно взглянула на дочку Милена.