- Дед точно не дурак, - перестал смеяться Глеб, вытирая глаза. - Жаль внуку его мозгов не досталось, - притворно посетовал он. – Такое сокровище, умницу жену, совсем не бережет.
Откровенные оскорбления я терпеть не стала. Обидно было, что он был прав и не прав одновременно. Открыла дверцу, обернулась и попросила:
- Можно твои координаты? Не хотелось бы потеряться, - выдавали из себя с трудом.
Тяжело было навязываться. И непривычно просить у постороннего мужчины контакт. За четыре года брака отвыкла.
- Заскучаешь, то приходи в гости. Ты знаешь, где я живу. Удачи тебе, Ивлева Зоя. Найду в сети и скину фотку, как Ленчик завтра обрадуется, когда увидит покоцанную тобой машину.
- Романова. Зоя Романова.
- Так Ивлева или Романова?
Хороший вопрос. В сети я так и осталась с девичьей фамилией. Не смогла присвоить фамилию мужа. Казалась себе выскочкой, недостойной. Не только себе. Свекровь много раз подчеркивала, что я лишний элемент и не достойна быть частью семьи Ивлевых. Нет во мне воспитания, лоска и породы. То ли дело она, достойная женщина и мать. Я знала только ее, дочь в глаза не видела. Она как-то упомянула, что Маша живет за границей. Фото не показывала. Я была уверена, что там какая-то нехорошая история. Но не расспрашивала. Богдан на все мои расспросы о сводной сестре только мрачнел и отмалчивался.
Глава 2.2.
Спать – единственное, что хочу сейчас. На душ и еду нет сил. Скользнув равнодушным взглядом по фото мужа, стоящего на прикроватной тумбочке, стянула джинсы и завалилась на постель. Последняя мысль не о муже. Перед глазами картинка Леонида, узревшего на камерах наблюдения, кто испоганил его машину. В мыслях паника, появляющаяся всегда, когда я неправа или делая что-то не так.
Богдан меня убьет, если узнает! Ему придется платить за покраску. Да, черт с ним…
- Вставай, Зоя! Бока отлежала, лежебока. – Проснулась от впившихся в плечо пальцев. – В одежде уснула… Ты напилась что ли? Боже! Нам в семье не хватает алкоголички! Дрянные гены! Говорила Бодику не торопиться с браком…
Свекровь продолжала причитать, не упуская случая смешать меня с грязью. Она не родная мать Богдану, но делала вид, что любит его как родного. Вся забота состояла в том, чтобы найти новый повод поохать над осунувшимся от семейной жизни «Бодиком» и унизить меня. Иногда мне казалось, что свекровь испытывала к пасынку совсем не материнские чувства и ревновала меня.
- Доброе утро, Белла Ефимовна. Я приболела немного. Сейчас встану, - едва разлепила глаза, глянула на часы, показавшие, что проспала я всего час. – Вы рано. Сеня рано разбудил?
- Не ребенок, а заводная игрушка. Такой непоседа, - она смягчилась. Голос потеплел, произнося имя внука. – Почему нет завтрака? Ты ничего не приготовила и спишь? Где Нина? Почему домработницы нет на месте? Кто готовит Бодику?
- Она отпросилась. Я готовлю. Сейчас умоюсь и сделаю нам кофе, а Сене… Он завтракал?
- Он отказался есть очень полезные пророщенные злаки, а кафе еще закрыты, - поджала губы Белла. – Это забота матери кормить ребенка. Свою дочку я сама кормила. Сеня смотрит щенков. Я ему пообещала за хорошее поведение. Охранник его сейчас приведет.
Она небрежно кинула брендовую сумочку и уселась в кресло одни элегантным движением. Бывшая балерина и модель она все делала элегантно и красиво. В свои года выглядела выше всех похвал. Я завидовала ее уверенности, с которой Белла Ефимовна несла себя по жизни. На моей памяти это была единственная женщина, не ревновавшая своего мужа. Она не боялась измен, считая, что это не про нее. Не боялась потерять мужа. Верила в свою абсолютную востребованность у мужчин.
Я уже в который раз удивилась. Перечислить тех, кого любила Белла, хватит пальцев на одной руке. Дети в этот топ точно не входили. И неожиданно такая любовь к неродному мальчику.
- Хорошо, сварю ему любимую кашу, - покладисто согласилась я, решив не тратить время на споры. – Только душ приму.
Я решила выиграть для себя еще несколько минут, спрятавшись от свекрови в душе. Даже желание обнять сына не пересилило раздражение от ее придирок. Начинать утро с их выслушивания – удовольствие ниже среднего.
Я открыла дверцу шкафа. Пальцы пробежались по висящих на плечиках отглаженных рубашках. Нашла похожую на ту, что была на Глебе. Вспомнила ночное приключение и невольно улыбнулась. Сейчас, при свете дня, все казалось немного другим. Не таким безнадежным. Прошла взглядом по ровно сложенным с соблюдением перехода оттенков цвета футболкам мужа.
Похватала белье и мышкой прошмыгнула мимо забывшей обо мне свекрови. Она уткнулась в телефон, подсчитывая количество лайков на своих, недавно выложенных фото с внуком.