— А это может означать…?
— Что жертва сама открыла дверь.
— Правильно. Или же что у кого-то еще был свой ключ — возможно, у того, с кем она жила.
— Миссис Дэвис проживала одна, — покачал головой констебль. — Снимала эту квартиру уже восемь лет, арендную плату всегда вносила вовремя. Жила тихо, скромно — никаких недоразумений или тем более ссор с кем-либо. Вероятно, вдова: когда только вселилась, то носила траур. — Он пояснил: — Я поговорил с домовладельцем, он сейчас внизу, на улице. Узнал об убийстве и приехал.
— Хорошо, Лейтон. Давайте войдем.
Найт и его помощник заглянули в гостиную: там полицейский врач склонился над телом женщины, лежащим на ковре в темно-красной луже, а у окна скучали двое констеблей с носилками. Врач поднял голову:
— Множественные колотые и резаные ранения. Смерть наступила, скорее всего, от острой кровопотери в результате рассечения сонной артерии. Руки в порезах — она защищалась. Орудия преступления рядом с телом нет. Мертва не больше двенадцати-четырнадцати часов.
— То есть время смерти, — Найт взглянул на настенные часы и прикинул в уме, — вчера, от восьми до десяти вечера?
— Совершенно верно.
Женщина была красивой — это можно было представить даже сейчас, несмотря на залитое кровью лицо со следами ударов и растрепавшиеся густые черные волосы. Найт покосился на стажера: тот шумно втянул ртом воздух, но держался.
Инспектор распорядился унести тело, и они с помощником, аккуратно огибая пятна на полу, медленно обошли квартиру. После вида избитой, окровавленной жертвы ничего хорошего, конечно, здесь ожидать не приходилось, но то, что они обнаружили, было чересчур. В гостиной, кабинете и маленькой кухне были опрокинуты стулья и чайный столик, обивка дивана и кресел порезана, ящики буфета, комодов и письменного стола выворочены, а их содержимое рассыпано по полу. В этой части квартиры повсюду была кровь — лужицы и брызги, смазанные отпечатки рук на стенах и дверных косяках, следы обуви на полу. Только в спальне крови почти не было — лишь бурые отпечатки подошв. В остальном картина там выглядела примерно так же: дверцы шкафов были распахнуты, а вываленная одежда разбросана, даже кровать была сдвинута, постель с нее сброшена, а подушки и матрас вспороты. Учиненного разгрома преступнику, видимо, показалось мало, и он вдобавок расколотил все, что можно было расколотить: под ногами то и дело хрустели осколки стекла и фарфора.
Найт чихнул, когда ему в нос залетел кусочек пуха, и сказал:
— Обратите внимание, Лейтон, на отпечатки обуви: одни явно принадлежат убитой женщине, и они есть везде, кроме спальни. Остальные — мужские, те по всей квартире. Причем мужские, кажется, разные — как минимум, двух видов. Итак, каковы будут ваши первые выводы?
— Преступников, очевидно, было двое, — волнуясь, заговорил стажер. — Вешалка в прихожей покосилась — похоже, они напали на жертву, как только вошли. Она защищалась, убегала, а ее настигали и били ножом, пока не прикончили в гостиной. Потом обчистили квартиру. Судя по обстановке, миссис Дэвис была женщиной состоятельной.
— Верно, об этом свидетельствует и ее гардероб: явно не из магазина готового платья.
— У миссис Дэвис наверняка имелись и драгоценности. Только все, в чем они могли бы храниться, пустое. Денег мы с вами тоже не обнаружили.
— Таким образом, мы можем предположить, что целью преступников было…
— … ограбление! Завладение имуществом с применением оружия.
— Отлично!
— Что дальше, сэр? — приободрившись от похвалы, деловито спросил констебль.
— Вы сказали, есть свидетельница, которая обнаружила тело.
— Да, сэр: Джулия Флойд, машинистка, живет в квартире напротив.
— Я с ней поговорю. А вы займитесь отпечатками. Постарайтесь найти наиболее полные и снять их на бумагу. Умеете?
— Да, сэр.
— Упакуйте все, что мы нашли интересного, а затем загляните в соседние квартиры и в ближайшие дома. Улица довольно оживленная — возможно, обнаружатся свидетели. Я присоединюсь к вам позже.
Джулия Флойд, пухленькая миловидная девушка, сидевшая за столом в своей крохотной кухне, подняла заплаканное лицо.
— Можно мне присесть? — спросил инспектор Найт.
— Конечно, пожалуйста.
— Хотите конфету? — предложил инспектор, вытаскивая из кармана бумажный кулек. — Вот, купил по дороге. Я не успел позавтракать.