Красавица выплыла из уборной, а Патрисия уставилась на букву Н, вышитую в уголке платка.
Через минуту Патрисия с каталогом в руках пустилась обходить зал, чтобы в очередной раз проверить, не перепутаны ли таблички с номерами. Однако мысли ее поневоле крутились вокруг злосчастного носового платка. «Буква Н ничего не значит, — убеждала она себя. — С таким же успехом этот дурацкий платок может принадлежать капитану Немо. И потом, он же сам дал мне свой платок — и на нем не инициалы, на нем графский герб!.. Или у него есть еще и отдельные платки — для посещения будуаров?» Задумавшись, она чуть не натолкнулась на высокого джентльмена. Тот извинился, и тут девушка узнала в нем инспектора Найта.
— У вас все носовые платки с гербом графа Рэндалла? — выпалила она, не успев отключиться от своих размышлений.
— Все, — подтвердил Найт, глядя на нее с веселым удивлением.
— Все-все?
— Все до одного. Правда, такие платки предназначались старшему сыну, а я — младший. Впрочем, уверен, вам это известно… Тем не менее матушка обеспечила меня ими на много лет вперед.
— Это замечательно! — просияла девушка. — Что у вас такая заботливая матушка!
— Не жалуюсь.
Патрисия радостно подумала: «Лорейн меня обманула. Зачем? Вот странная…»
— Почему вас интересуют мои носовые платки, мисс Кроуфорд?
— О, на самом деле меня интересует совсем другое, — сказала та, соображая, о чем спросить. — Как вам удалось сюда проникнуть?
— Я сказал лакею на входе, что Скотланд-Ярд прислал меня для негласной охраны художественных произведений. Невинная уловка, как вы это называете.
— Вы копируете мои методы? Я польщена.
— Пополняю копилку своего жизненного опыта. А что, — Найт ловко ухватил с подноса скользящего мимо лакея бокал шампанского и огляделся по сторонам, — все эти люди — настоящие ценители искусства?
— Думаю, не все. Некоторым было просто неудобно отказать хозяину. Теперь они прикидывают, насколько удачно та или иная картина заполнит пустое место на стене.
— Или же, за неимением оного: кому можно будет спихнуть ее в подарок, — подхватил инспектор.
— Нелюбимому родственнику.
Они тихонько захихикали.
— На самом деле мне здесь многое нравится, — сказала Патрисия уже серьезно. — Хотите, проведу вас и покажу?
— Нет, благодарю. Я бы с удовольствием, но лучше я незаметно постою где-нибудь в уголке.
Альфред Саттерфилд, готовясь начать торги, занял свое место за кафедрой и позвонил в колокольчик. Гости начали рассаживаться на стулья, расставленные в несколько рядов полукругом. Лакей принес первый лот — картину с пейзажем — и поставил на треногу рядом с кафедрой.
— Извините, мне пора идти, — сказала Патрисия.
— Да-да, конечно, — кивнул Найт.
Вдруг он замер, глядя на горделивого вида мужчину с пышными усами и седыми висками, который усаживался в последнем ряду. Спрашивать, кто это, было некогда, и девушка поспешила поближе к кафедре. Оглянувшись, она увидела инспектора, который направлялся к стульям, и призналась себе (разумеется, как художник): во фраке он выглядел великолепно.
Инспектор Найт подсел к мужчине с пышными усами и тихо сказал:
— Сеньор Валера? Вы интересуетесь современным английским искусством?
— Не настолько, чтобы участвовать в аукционе, — признался тот. — Я здесь скорее из уважения к хозяину.
— Вот как? Вы ему чем-то обязаны?
Посол ответил неохотно:
— Мистер Саттерфилд был настолько любезен, что профинансировал издание моей книги.
Инспектор почти физически ощутил, как мысли, догадки, улики заметались у него в голове, пытаясь выстроиться в логическую цепочку.
— Той самой книги, что переводила миссис Дэвис? — уточнил Найт.
— Именно.
— Могу я спросить: где и когда вы познакомились?
— На приеме в посольстве месяца два назад.
— О чем вы разговаривали?
— О… Послушайте, к чему эти вопросы? — испанец вдруг рассердился.
— Поверьте, сеньор Валера, я задаю их не из праздного любопытства. Прошу вас…
— Что ж, хорошо… Мистер Саттерфилд начал с того, что пошутил: как, мол, это прекрасно, что сейчас между нашими странами установились добрые отношения — не то, что во времена войны за испанское наследство. Сказал, что много читал о том периоде. Мы немного поговорили на эту тему. Вот и все. Обычно на приемах не удается вести долгие беседы.