Филантроп долбаный.
Но в квартире ребёнок. Маленькая принцесса, которая, вероятно, будет шокирована до глубины своей чистой души таким поведением незнакомой тёти.
Любовь к детям побеждает параноидальное желание швырнуть что-нибудь в Горского.
Разглаживаю деньги и аккуратно подсовываю в щель между откосом и дверью.
Да, этих щедрых чаевых хватило бы мне на такси, и не пришлось бы сейчас снова выгребать под ледяной октябрьский дождь и промозглый ветер, но гордость… та самая гордость, что только что половой тряпкой повалялась на полу подъезда Андрея категорически против.
И кто я такая, чтобы ей перечить?
К своему дому догребаю в состоянии нестояния. Я замёрзла, промокла до нитки, не чувствую ног из-за каблуков, не чувствую своего тела вообще.
В мечтах о горячей ванне прислоняю чип к домофону.
— Сашка, привет, — голос рядом заставляет вздрогнуть.
Закатываю глаза.
Что, сегодня какой-то всемирный день бывших, а я не в курсе?
На негнущихся ногах разворачиваюсь.
— Привет, Коля.
Глава 3
Андрей.
Сказать, что я обескуражен — ничего не сказать.
Меньше всего сегодня я ожидал увидеть на пороге своей квартиры бывшую. И я спокойно вынес бы встречу с любой из своих экс-пассий, но Саша…
Удивительно, какую власть над нами имеют некоторые люди. Дело в особых феромонах? Биохимическом составе крови? Может быть, это что-то эзотерическое, вроде души или энергии?
Не знаю, но встреча с Сашей разогнала мой сердечный ритм до опасных для жизни значений. Пульс теперь долбит в уши, а ладошки потеют, как у подростка.
— Как тебе, папуль? — Дашка выдергивает меня из мыслей.
Она кружит вокруг своей оси, и пышная юбка парит над полом.
— В самое сердце! — Хватаюсь за грудную клетку и приваливаюсь к стене. — Наповал сражён вашей красотой, миледи!
— Ты всегда так говоришь, — дуется Даша. — А серьёзно?
— Дашуль, ну разве я когда-то тебе врал?
— Мм… — Она подносит указательный пальчик к губам. — Про Деда Мороза.
— Он существует.
— Снова враки, — вздыхает Дашка. — Мужчины, что с вас взять… Посмотри, какие здесь бусинки! И стразики!
Да, принцесса моя сияет, как рождественская звезда. Аж глазам больно.
Она подходит ближе, позволяя мне рассмотреть платье получше.
Действительно, хорошая работа. Миленько, со вкусом.
— Пап, а ты знаешь эту тётю, да?
— Какую? — Прикидываюсь последним болваном.
— Ту, что платье привезла. Ты её по имени называл.
— Да мы… пересекались однажды.
— Врунишка, — хитро улыбается Дашка.
А я вздыхаю, с тоской вспоминая то время, когда дочь была не такой взрослой и смышлёной. Прекрасные были времена!
Теперь же эта лиса буквально читает меня, как открытую книгу. Уж не знаю, в кого у неё такой дар, но точно не в мать — в битве эмоционального интеллекта Лиля проиграет даже табурету.
— Мне понравилась эта тётя. Красивая.
— Да-а… — поддакиваю на автомате. — В смысле… Для женщины, она, определённо, привлекательна. Не то, чтобы она меня привлекает, просто…
Заткни фонтан, Горский! Ты делаешь только хуже!
Я стараюсь вопросы других женщин пока мягко обруливать. Да, я не святой, но с Дашкой обсуждать такие вещи рановато. Она в общих чертах знает ровно столько, сколько ей положено знать по возрасту.
— Да ладно! — Хохочет Даша. — Чего ты так напрягся? Может, на благотворительный вечер ты лучше пойдёшь с ней, чем с этой Жабой Сергевной?
— Жанной, Даш. Она Жанна. И с чего вдруг мне приглашать на бал курьера?
— Она не курьер. Она бизнес-леди! — Оскорбляется Дашуля так, словно я задел лично её. — Между прочим, папуля, это платье она сама сшила. Ага-ага.
Сашка? Шьёт платья?
Присаживаюсь перед дочкой на корточки, захватываю в пальцы нежную ткань, разглядываю поближе.
Искусная работа. Ровные швы, тончайшая невидимая леска, на которую пришиты бусины. Их ведь здесь сотни! Сколько же часов она угрохала на то, чтобы создать такое платье?
Значит, бизнес свой.
Молодец.
А ты, Горский, чаевые ей втюхал… Дурак.
— Так! — Спохватываюсь, глядя на часы на запястье. — Дашуль, сейчас Анна Ивановна придёт, а я уеду. Ты помнишь?
— Помню, — Дашка закатывает глаза. — На свиданку с Жабой Сергевной помчишь.
— С Жанной. С Жанной Сергеевной.
Даша строит кислую рожицу.
Жанна ей совсем не нравится, что меня поражает — эта женщина действительно старается найти подход к моей дочери. Покупает подарки, пытается быть милой, интересуется Дашиной жизнью, да и в целом производит впечатление человека, любящего детей.