По факту мне ее просто жаль. Живет с мужем дегенератом. Гранта – сплошной хлам. Значит, денег нет нифига. Ну куда еще я на нее рявкать буду?
- Да не брыкайтесь вы! – кричу в ответ, когда она начинает всерьез отбиваться своей больной ногой.
На удивление девчушка слушается, и решает изменить тактику.
- Ай, зараза! – кричу, почувствовав укус моего уха, так громко, что боль в область лба отдала. – Ты чего творишь?! – буквально кидаю ее на заднее сиденье, для чего Рома уже открыл мне дверь.
- А чего вы меня хватаете?! – парирует автоБледи…
- Да нужна ты мне?! – продолжаю орать. – Помочь дуре хотел, - тру больное ухо.
- Я тебя Щас.., - лезет с кулаками на девчонку Рома, но я его вовремя одергиваю.
Да, мне больно. Но применять силу к женщине нельзя. Просто нельзя. Надо бы это вписать в их должностные инструкции. Иначе в следующий раз не догляжу, а они и треснут ненароком кому-нибудь, качественно выполняя свою работу.
- Рома, садись за руль, - говорю строго, но чуть устало.
Практически рассвело, а мы тут до сих пор еще с места не сдвинулись.
- Двигайтесь! – толкаю девчонку рукой в бедро, не обращая внимания на обходительность и условности.
- Не трогайте меня! – противится и не двигается с места.
- Мне плевать, - говорю строго, - я сейчас прямо на тебя сверху сяду.
- В каком смысле? – округляет глаза пошлячка.
Ухмыляюсь про себя ее вопросу и наклоняюсь над ней.
- Будешь брыкаться, сяду в том смысле, о каком ты подумала, поняла? Озабоченная.
Девушка затихает. Даже, я бы сказал, замирает. Смотрит на меня круглыми глазами, в которых страх и ужас, и молчит.
Ооой… Действительно, как же с женщинами сложно. Наверное, поэтому я до сих пор не женился. Вот сведет меня судьба с такой курицей, и что я буду делать? Нет, трахать каждую ночь – это естественно. А дальше что? Не поговорить, не биржевые рынки обсудить.
Без лишних разговоров просто усаживаюсь в ее колымагу… разумеется, слегка присев на ее больную ногу.
- Ай-яй.., - морщится от боли, подтягивая ее под себя.
- А нечего было спорить, - бросаю грозно, автоматически подхватив ногу за щиколотку и положив себе на колени. – Ром, поехали!
Прошло, наверное, минуты две, пока я не очухался…
Поймал себя на совсем не престройном действии – сижу и наглаживаю больную ногу незнакомой мне девчонке. Успокаивающе наглаживаю. Ей же больно было. Вот я и стал успокаивать, как ребенка, поглаживая больное место. Не могу поручиться, что в первые несколько секунд еще и не дул на нее. Все может быть.
Больше же всего удивила пострадавшая. Сидит смирно. Да так, что кажется, и не дышит вовсе. Смотреть на меня боится. Руками в сиденье уперлась. Живот напрягла. Вот-вот лопнет.
- Ой, дура, - только отворачиваюсь к окну, но ногу девушки с колен не убираю.
Есть в этом положении что-то… теплое что ли. Забота с моей стороны. Принятие этой заботы с ее. Опустим тот факт, что девчонка просто боится и поэтому не шевелится. Я, конечно, перестал ее поглаживать. Но почему-то… Вот почему-то.
- Приехали, - кидает, не поворачиваясь к нам, Рома, когда мы останавливаемся перед входом в приемный покой ближайшей больницы, и выходит из машины.
Он стоит возле водительской двери и не отходит. Для него не было никаких распоряжений. Все делает правильно. Но что-то мне подсказывает, что он явно нервничает.
- Предупреждаю сразу, - говорю опять строго, не поворачиваясь в сторону девушки, - чтобы не нарваться на гнев вот этого мужчины, - показываю пальцем на Рому, - делаем все быстро и в соответствии с моими указаниями. Понятно?
Тут я, наконец-то, обернулся. Лучше бы этого не делал.
То ли освещение здесь иное. То ли уже сам себе нафантазировал и излишне много проявил заботы в отношении девчонки, но я отчетливо рассмотрел цвет ее глаз. Зеленые. Помню, как мне бабушка говорила: «Бойся девушек с зелеными глазами. Настоящие ведьмы».
- Понятно? – повышаю немного голос после затянувшейся паузы.
Девчонка ничего не говорит. Я же слегка подзавис. От усталости, наверное.
На мой более резкий выпад та только кивает машинально головой.
- Вот и хорошо, - киваю и аккуратно убираю больную ногу, чтобы выйти и самому помочь девушке добраться до входа.
Хотя… Здесь ступенек пять. Все равно придется на руках нести.
Только выхожу из машины. Только выгибаю немного спину, потому как отвык от таких машин, и мне теперь они кажутся маленькими и неудобными. Только собрался обходить машину, как вдруг…
- Стой, сука! – орет Рома девчонке в спину, которая улепетывала, прихрамывая в противоположную от поликлиники сторону.