В улыбке Хозяина появилось что-то змеиное, некая ядовитая торжествующая нотка.
— Я толкую о тебе и твоем друге.
— Что?! — Владу показалось, будто в помещении стало очень душно, хотя в лишенные стекол окна беспрепятственно проникал морозный воздух. — Это попросту бред!
— Вот именно! — горячо поддержал приятеля Костя. — Я многое слышал за те сумасшедшие полгода, которые мы прожили в этом средневековом мире, но такого…
— Нам по девятнадцать лет, — подхватил его друг. — А не по триста девятнадцать! И даже не сто девятнадцать!
Их яростные возражения не произвели на Хозяина особенного впечатления.
— Раньше вы выглядели иначе.
— О, это я уже слышал! — повысил голос Влад и, обернувшись к бледному и потному, не смотря на изрядный холод, Косте, язвительно сказал: — Буддийские бредни!
— Какие-какие?! — ошалело взглянул на него бывший сокурсник, явно ничего не поняв.
Влад выругался сквозь зубы и попробовал объяснить подоходчивее:
— Ну, вроде перевоплощения душ! Реинкарнация! — и, вновь обращаясь к Хозяину, брезгливо осведомился: — И кем я же был в прошлой жизни? Может быть, знаете?
— Знаю, — подтвердил тот. — Ты, Влад, был прообразом Николя. А твой приятель — Робертом.
Звон в ушах… Мир стремительно вертится, теряясь в калейдоскопе красок… звуки сливаются в невообразимый хор… И вот на поверхность вырывается отчетливый голос Кости:
— Глупости! Как я мог быть Робертом? Он жив еще!
— Это фантом, — одними губами шепнул Влад, постепенно приходя в себя. Кажется, он умудрился устоять на ногах. Или Николя заботливо поддержал его? Ненавистное имя обожгло, словно раскаленное железо, и парень сердито выпалил: — Я не мог быть садистом! Я не мог быть таким чудовищем!
Кто-то сжал его запястья будто стальными клешнями, по правому плечу прокатилась волна боли…
— Полегче, дружок! — прошипел на ухо знакомый голос. — Мы ведь с тобой братья-близнецы!
Влад попытался вырваться, но, разумеется, безуспешно.
— Я не верю ничему! — тяжело дыша, заявил юноша, вперив злой взгляд в невозмутимое лицо Хозяина. — Я не верю в подобную чушь!
Лже-Хуан досадливо повел плечом:
— Ну, и не верь. Неприятно сознавать, что ты своей жизнью платишь за чужое бессмертие, я понимаю.
— Что вы имеете в виду? — насторожился Влад.
Уголки тонких губ брюнета поползли вверх:
— Пускай когда-то ты и был мужчиной по имени Николя, моим сыном, но…
— Вашим сыном?! — не выдержав, перебил его Влад и украдкой переглянулся с Костей.
Хозяин спокойно кивнул:
— Да-да, моим сном. Вернее, — усмехаясь, поправился он, — сыном Хуана. Но прошли столетия. Николя за минувшее время многое пережил, и этот опыт наложил отпечаток на его характер. Николя не мог не измениться. Ты же и вовсе успел умереть и опять родиться! Теперь вас не назовешь одним целым, не так ли? Как и Роберта с Костей.
— И слава богу, — буркнул Влад, ощутив облегчение. Не взирая на абсурдность ситуации, он почему-то верил Хозяину. Но пускай это правда… Пускай когда-то он был сыном колдуна… Теперь он — нормальный человек. Впрочем, быть может, и Николя раньше был нормальным? Этот мужчина в черном подтвердил: Николя изменился за несколько веков!
Хозяин внимательно следил за выражением его лица:
— Я чувствую, ты веришь мне.
— Но все равно не понимаю, за чье бессмертие я расплачиваюсь! — проигнорировав его слова, упрямо протянул Влад.
— А я вообще ничего не понимаю, — хмуро добавил Костя.
— Вы расплачиваетесь за бессмертие своих фантомов. Вы — рабы этой реальности.
— Но они не твои рабы, Хуан, — внезапно раздался от окна женский голос.
Влад подскочил, как ужаленный, и обернулся на звук. Столовую озарял жидкий приглушенный свет, источаемый несколькими масляными лампами, и это рассеянное освещение позволило узнать в высокой изящной женщине, кутавшейся в темный плащ, Диану. Рядом с нею парил серебристый демон.
Влад испытал дикую, безрассудную радость, он даже не подозревал, что любовница Хуана способна вызвать в нем столь бурное ликование.
— Я убью этого щенка прежде, чем ты сделаешь шаг! — прохрипел Николя, и Влад мгновенно похолодел. Было бы глупо погибнуть в миг спасения!
— Ты этого не сделаешь, — даже не посмотрев в его сторону, холодно возразила Диана. Взгляд ее был устремлен на Хозяина. — За эти столетия я скопила немало сил. Я готова потратить их на то, чтобы ни один из вас не сумел шевельнуться.
— Я попробую оспорить это утверждение… — прохрипел Хозяин.
Шатенка сузила глаза: