- И чему ты завидуешь? - покосился взглядом Руан.
- Что твой сосочек не у меня во рту.
- Итан!
- Малыш, не заводи меня. - Мурлыкнул он в ответ и потерся щекой о его шею. - Ты такой страстный был, я хочу тебя еще. Что бы ты покричал, в волю. Что бы я послушал, поиграл с твоим телом…
- Итан, перестань! - рыкнул Руан и над ухом расстроено мяукнули.
Малыш наелся, был уложен в кроватку. Как ни странно, а после еды четырехмесячный Саймон спал примерно часа два, после чего требовал внимания, потом засыпал еще на несколько часов и опять внимание. Руан стоял рядом с кроватью, любовался спящим малышом. Итан встал рядом, обнял его за талию, положил голову на плечо.
- Знаешь, я всегда хотел полноценную семью. - Внезапно сказал Итан.
- У вас с родителем Аравеля не вышло?
- Нет, знай я что надо было его зверю, все бы вышло. - Итан вздохнул. - У него зверь отрицает рожденного котенка. До Аравеля было еще двое детей, которых он даже травмировал. После Аравеля детей не будет. Сделал удаление яичников.
- Боги…
- Не волнуйся, этот пройдоха уже устроился, все у него хорошо. Я буду ему благодарен всю жизнь, что решился на третьи роды. - Итан погладил живот, уже сошедший после родов. - Я выжил благодаря тому, что у меня была моя маленькая стая. Не будь у меня сына, мне бы было не к чему стремиться. Я выживал ради него, благодаря его существованию. Сейчас все иначе, и я понимаю, что нам очень не хватало именно родителя. Аравель вырос таким сильным и несгибаемым, но пластичности ему не хватает.
- Зря ты так думаешь. - Улыбнулся Руан. - Аравель пластичен, хоть тебе и не показывает. Он такой, каким и должен быть сильный рождающий с сильным зверем.
Итан улыбнулся и его руки полезли вверх, накрывая грудь Руана, плавно перекатывая сейчас увеличенные сосочки в пальцах.
- Малыш, дай поиграться, - попросил Итан, прижимаясь бедрами сильнее. - Вскоре этот эгоист бросит кормиться, и я больше не смогу их ласкать так, чтобы ты кричал от удовольствия.
- Итан… - простонал Руан, ощущая, как в паху разгорался огонь, а внутри начинало едва заметно пульсировать.
- Идем, хочу тебя такого беззащитного. - Мурлыкнул Итан и потащил его к кровати.
Стянув с него штаны, стащив свои, завалил на кровать. Присосавшись к соскам, покручивая их, слушая своего любимого, Итан был готов ублажать его мягко, ласково и долго.
Вторая течка была еще ярче. Цикл немного сдвинулся, на что врачи заверили о нормальности такого сбоя, ведь Руан перевертыш. Саймону было уже девять месяцев и Итан заранее узнал, куда его можно отправить на три дня, чтобы провести Руана через этот сладкий момент со всей страстью. Как оказалось, здесь была комната малютки, где работали очень умелые специалисты. И Итан был удивлен, что про их пару знали, что их ждали в первый раз. Он пояснил, что течка пришла незаметно, и сам Руан не понял, что она началась, пока не стало поздно что-то делать. Благо у него был этот пресловутый мячик, который ему задарили ребята из охраны, в частности сменщик. В центре понимающе кивнули и дали бланк на заполнение.
Когда течка пришла, Саймон был отправлен в комнату, где за ним присмотрят, а заодно навестит педиатр и возьмет все анализы, взвесит и посмотрит, как ест малыш. На этот раз Итан как обычно удерживал щит, что глушил звуки и доводил свою пару до исступления. Руан кричал под ним, рычал на него и требовал все так же, как и всегда, только с разницей - глаза были полностью с осознанным блеском и игрался он азартнее, чем раньше.
Они кусали друг друга, царапали и зализывали ранки. Итан провел его по грани обморока и удовольствия, в следствии чего был вознагражден лаской плоти. Руан умело ласкал его, так же доводил до исступления, даже привязал его руки, оседлал его в итоге и развлекался, отдаваясь в руки страсти.
После того, как вязка сошла на нет, они оба хорошенько выспались и забрали сына, который погорланил на них, за такое отношение, но предоставленная в полное распоряжение грудь утихомирила его.
Саймон пошел в полтора года. Зубки уже прорезались. Он был смешливым, игривым и обидчивым. Руан вышел на работу, которую продолжал дома, отправляя отчеты по присланной документации. Они определили Саймона в комнату малютки на дневной основе. Мир вертелся для них обоих вокруг сына, вокруг их семьи.
Итан был поставлен в известность Аравелем, что Тайнар перетек и что он боевая ипостась таури. Внекатегорийный, сильный и Аравель искренне боялся, что не будет у него пары и потомства. На фоне переживаний старшего сына смена статуса прошла незаметно. Ну, повысили ему зарплату, ну и что? У его Аравеля, можно сказать, горе! Итан постарался его успокоить, поставить на учет в ЦКП, который с тех времен, когда Аравель там состоял, сильно изменило свою политику, ибо был ни один и ни два скандала из-за их отношения. Даже был оглашен официальный Выбор молодого рождающего, сильного и по всем правилам, и с защитой. Так что Аравель призадумался.
С Клаусом у него все было хорошо. Блудня пересмотрел свои позиции, выработал стратегию и теперь был обласкан, предельно обласкан Аравелем. Их маленький бизнес разросся с маленького салона модной одежды, до большого гипермаркета и Клаус полностью ушел в работу над своим делом, оставив дедовское предприятие, как запасной аэродром. К тому же, Аравель нацелился на открытие сразу нескольких точек по городу, и еще присматривался к другим городам, даже странам на континенте.
Итан радовался его успехам, показывал в видеофон сына, видел, как у Аравеля глазки сияли, как он требовал его прибыть с семьей. И Итан свозил свое семейство в совместный отпуск. Сейчас отпуск был более трех недель, даже обошелся вместе с дорогой во все пять. Аравель затаскал маленького брата на руках, задарил его игрушками и ничего не захотел слушать насчет того, что вон тот огромный тигр его раза в три больше. Клаус тоже с удовольствием возился с малышом. Тайнар ревновал, даже обижался, но дед переключал его внимание на себя. И как свободный гражданин, принимал ипостась, выходя во двор.
Тайнар блестя глазами сам перетекал, красовался и игриво бегал за большим лениво уходящим от его атак большим котом. Ощущающие кумара соседи с любопытством вылезали из своих домов, но не приближались. Руан в этот момент всегда следил за своей парой, ласкал его звериные пропорции глазами. И если Итан замечал его, игриво приглашал к себе, после чего ночной скиталец выходил на свет, мягко мяукал, вводя в состояние эйфории восторга Тайнара, который вследствие чего требовал отца и к ним присоединялся бальс. Аравель делал фотографии четырех зверей - трех взрослых и одного детеныша, - удерживая на руках брата.
Это был самый счастливый отпуск Итана Самаркан. В семье его сына все хорошо. В его собственной семье не менее потрясающе. И к ним на огонек радости прибыл старик Алой, который так же показал своего зверя и порезвился рядом с Итаном и его парой. А потом они уехали.
После поездки Итан понял, ему нет разницы, где жить. Если его пара реально ощущает себя нужным в центре по изучению анабиоза, то пусть так и будет. У самого Итана мир полон, его самое главное увлечение - семья. И где жить - на южном или западном, или северном - значения не имеет. Так что, как закончился контракт, он подписал другой, уже с лабораторией Гимели и стал одним из его помощников. Помогал в разных сферах, так что и его допуск стал обширнее, и знания расширились.
К восемнадцати годам Саймона Итан успел получить высшее образование с уклоном на место работы, поучаствовать во многих экспериментах и воспитать в молодом альфе не только гордость, но и правильное отношение к стране, к которой они принадлежат.
В двадцать лет Саймон уехал служить на материк. Руан опасался, что сын выберет другую страну. Но через два года сын прибыл по распределению на южный в соседний центр, дабы охранять его. О любвеобильности сына Итан знал, ибо тот выспрашивал у него все, что его интересовало в молодых рождающих. И как следствие были и драки за них, и победы-поражения, и даже болезненные прощания.