Падая от усталости на землю, я знала, где искать Людмилу. Не точный адрес, но направление, а это уже немало. Так же как и то, что ребенок жив, и он от Юры.
- Надо же...
Я настолько сосредоточилась на попытке отдышаться, что пропустила слишком многое. Полосатая, увлекшаяся происходящим не меньше моего, зашипела от неожиданности и одним гибким прыжком сиганула за сирень. К сожалению, я её примеру последовать никак не могла, поэтому осталась на месте, разве что целомудренно прикрыла голые до самого пояса ноги подолом простыни.
- И снова здравствуйте.
Алексей осторожно обошел едва дымящееся кострище и присел рядом на корточки.
- Давно?
Вот нравится мне это умение одним словом задать неудобный вопрос. Ещё лучше, если бы отвечать предстояло кому-то другому.
- Давно.
Сил, чтобы подняться, не осталось, кажущаяся легкость обряда вытянула их если не полностью, то изрядно, поэтому причинить ему какой-либо вред не получится. Если только в костер толкнуть, но это уже совсем детство.
- Встать сможешь? - он выпрямился, почти слившись с густой тенью. А ведь это первый раз, когда вижу в его же цивилизованной "гражданке". Хотя это и громко сказано, как раз видела-то я весьма хреново, разве что различала смутно чернеющий силуэт.
- Не знаю.
Попытаться разогнуться самостоятельно не успела, Воропаев на удивление легко поднял меня. Можно бы и на руки, но наглеть не стоит, на ноги поставил, уже спасибо.
- Где Юра?
Мы сделали несколько неуверенных шагов, и сторонний наблюдатель запросто спутал бы с зомби. Из темного угла шатающейся походкой выплывают два тени... При этом одна из них ещё и в грязных лохмотьях - простынь успела испачкаться в золе, да и моих посиделок на земле чище тоже не стала.
- Спит. Не хочешь спросить, что я делала?
Ответить он не пожелал, зато довольно шустро утащил обратно за куст.
Неожиданно, конечно, потому как ни обстоятельства, ни место никак не располагали. И когда меня свалили возле сирени, попыталась прояснить ситуацию:
- Ты убивать будешь или насиловать?
Пристально всматривающийся в темноту Алексей повернулся:
- Кого?
Ещё более неожиданно.
Открыла рот, чтобы сморозить дополнительную глупость, когда даже по полуглухой меня дошло - возле калитки кто-то есть. И не просто есть, но и шебуршится, пытаясь её открыть. Тьфу, Антон же приехать обещал!
- Так, всё отменяется, это свои, - в этот раз поднялась сама, хотя и не без труда. - Давай поясню тезисно. Первое - я ведьма, о чем ты уже знаешь. Второе - Людмила в городе, где-то в районе стадиона "Динамо". Третье - беременна она от твоего сына, так что морально готовься стать дедом. И последнее - возле калитки один из моих бывших мужей, не надо ему горло рвать, просто впусти. Сейчас приду.
Дефилировать в расхристанном виде и дальше было слишком ущербно для чувства собственного достоинства, поэтому торопливо поковыляла в дом.
- Можно вопрос? Сколько твоих бывших мы ждем в гости?
- Пока одного, а там посмотрим.
Уже возле ступенек я встретилась с брошенной с вечера тяпкой. В лоб не получила, зато сдержанно выматерилась и захромала сильнее.
Поворожила, называется....
Глава 11
"Да ты, я вижу, ведьма!"
к/ф "Иван Васильевич меняет профессию"
Юра продолжал благополучно спать, поэтому по дому я шла, не скрывая эмоций. Не то, чтобы все было очень-очень плохо, но близко к тому. Даже не собственные возможные проблемы беспокоили, столько то, что подставила Потапыча. Именно он все эти годы нес негласную ответственность оступившуюся ведьму, а тут получается, что мы вопиюще посмеялись над законами. Нехорошо получается.
Поражать воображение мужчин было уже поздно, к тому же настроение ни к черту, поэтому, наскоро приведя себя в порядок, вышла в спортивных штанах и футболке. Не до изысков моды, когда у тебя в доме одновременно вампир и оборотень. Подраться не подерутся, не сопляки малолетние, но конструктивной беседе такое соседство может повредить.
Антона видно не было, разве что с кухни доносилась возня, а Алексей на корточках сидел рядом с диваном и пытался растормошить сына. Тот в ответ вяло отмахивался и только причмокивал.
- Что ты с ним сделала? - и взгляд такой суровый до невозможности.
- Напоила успокаивающим чаем, ему не повредит. Через несколько часов проснется здоровым и отдохнувшим.
По взгляду Воропаева-старшего читалось, насколько ему хочется уточнить, проснется ли отпрыск вообще, но сдержался. Правильно, ни к чему сомневаться в моих способностях, и обидеться на такое могу. Хотя преимущества сейчас полностью на его стороне, но особой тревоги не было. И это странно, один намек, и моя жизнь сильно осложнится.
- Аль, так что у вас опять стряслось? - Антон присоединился к нам, дожевывая бутерброд. - Ты решила открыть приют?
Пришлось строго посмотреть на бывшего, только грызни на расовой почве мне сейчас и не хватает. Он предупреждению внял и даже поднял руки ладонями вперед, огрызок хлеба с колбасой пришлось зажать в зубах. Мужику под сорок, а по поведению дите дитем.
- Это личный вопрос, и я бы не хотел посвящать в него посторонних, - голос Алексея был вежливым-вежливым, что настораживало больше всего.
- Ну, какой же я посторонний, - Антон обнял меня за талию, прижимая к боку. - Я как раз свой, правда, Альчонок?
Может, им предложить прямо тут снять штаны и померяться, а то это никогда не закончится. Достали, ей-богу.
- Ребята, давайте жить дружно. И хватит искать повод, у нас слишком много проблем, чтобы отвлекаться на мордобой.
"Ребята" меня будто не услышали, хотя после этих слов и перестали пытаться зацепить друг друга.
- Что ты хотела? - бывший муж убрал руку и сел напротив Воропаева. Если бы не уютное сопение спящего стажера, атмосфера казалась бы угрожающей.
По хорошему, присутствие Антона и вправду оказалось несколько излишним, я уверена, что Алексей сможет найти Люду ничуть не хуже.
- Я пошла заваривать чай, а вы пока познакомьтесь.
Хитрость не удалась:
- Мы знакомы, - оборотень, чуть прищурившись, склонил набок голову. Со стороны полное впечатление, что целится в горло.
- Ага, - поддакнул со своего места Антон.
Я бы могла ещё немного поплясать перед ними, изображая радушную хозяйку и разводя политесы, но едва наступившая ночь уже вымотала дальше некуда, поэтому пришлось принимать меры.
- Мы на секундочку.
Вцепиться в локоть Воропаева оказалось легче, чем сдвинуть с места, хотя видимого сопротивления он не оказал. Пусть и не сказать, чтобы горел энтузиазмом, следуя на кухню.
Тут было темно, поэтому я практически ничего не видела, а ориентировалась больше по недовольному сопению.
- Кто бы знал, как вы уже задрали со своей междуусобной враждой... Ладно, согласна, что, позвав сюда Антона, я ступила, - про то, что это была инициатива Юры, упоминать не стала, только лишний раздражающий фактор. - Прекрасно понимаю, что ты у нас и сам крут аж дальше некуда, но он хочет помочь. Более того, не только хочет, но и может это сделать. И мне кажется дуростью отказываться от помощи только потому, что тебе не глянулась личность помощника. Ты готов нести ответственность за то, что и Людмила, и ребенок погибнут из-за чьего-то уязвленного самолюбия?
Для большей наглядности неплохо бы ещё и указательным пальцем в его грудь ткнуть, но может выйти неувязка - в такой темноте запросто могу сломать этот палец о холодильник.
Да и поспешить не помешает, пока мы тут интимно шепчемся, Антон вполне может прикорнуть рядом с Юрой, все-таки человек только из командировки.
- Ты ему веришь?
Вопрос сложный, и однозначного ответа на него у меня нет, а тут не до колебаний.