— Я сделала то, что посчитала нужным, — возразила Вера. — При жизни я бы ни за что не стала способствовать сохранению этой «семьи»!
— О, боже… — выдохнул начальник из отдела судьбы. — Анна Альбертовна, я не собираюсь тратить время на эти бессмысленные препирания! Я здесь, чтобы вынести вердикт в отношении Арсении. А со своей сотрудницей разбирайтесь потом, сколько хотите!
— Сотрудницей? — возмутился бригадир. — Вы еще собираетесь оставлять ее у нас?! Я на многое готов закрыть глаза, но кража запрещенной эссенции уже ни в какие ворота не лезет!
Анна Альбертовна ударила кулаком по столу, призывая коллег к тишине.
— Вот и прозвучало одно из главных ваших обвинений. Кража эссенции «Одного взгляда», передача засекреченной информации на внешние устройства, — она перевела взгляд на Сеню, — и сломанный ключ, на исправление которого потребуется немало сил и времени или очень тяжелые средства. Однако, я полагаю, было бы неправильно спрашивать все с вас. Арсения, почему вы молчите? Это результат вашей ошибки, и вы должны были вести это дело.
— Боюсь, мне нечего сказать. Все действительно произошло по моей вине…
— Да что вы несете?! — вспыхнула Вера. — Вы еще будете судить нас? Судить меня? Я, на секундочку, пострадала здесь больше всех! Это я должна злиться и осуждать всех вас. Мало того, что мою жизнь прервали на сорок лет раньше положенного, так вы еще и пытаетесь нами закрыть свои «сюжетные дыры» и косяки других работников! Я видела карту Тамары и понимаю, почему вы так не хотите, чтобы эти данные оказывались за пределами отдела судьбы. Столь нелепые подгоны под мировую судьбу еще поискать надо! Помирить отчаявшуюся женщину с одержимым мужиком? Вы с ума сошли? Как это вообще у вас связалось с предназначением «любви и семьи»?! Это бессмысленно, это жестоко, это… невозможно! Единственное, с чем я соглашусь, это кража эссенции. Сеня, к слову, не знала об этом. Разрешение на нее я так и не получила, но обычными методами этот ключ было не выполнить! Впрочем, как вам хотелось, я его и не выполнила, — она подошла к столу и положила перед бригадиром флакон и именной жетон. — Так что, в конечном итоге, неважно, что я скажу. Вы ведь уже все давно решили.
Все это время Сеня с круглыми от страха глазами слушала Веру. Ей казалось, что с каждым словом девушка лишает себя шансов на снисхождение, но остановить ее не могла. Под конец она только смиренно положила свой жетон на стол начальнику и встала чуть впереди Веры, немного прикрывая ее собой, будто это могло что-то изменить.
— Мило, — хмыкнула Анна Альбертовна и постучала бумагами о стол. — И кое в чем вы даже правы: вердикт уже вынесен. Советую со всеми попрощаться и начать собирать вещи.
***
Маленький бревенчатый домик стоял посреди старинного мрачного леса, заселенного бесчисленным множеством необычных созданий. Полуденное солнце пробивалось сквозь кроны деревьев, рисуя на крыше причудливые узоры. Теплый ветер вечной ранней осени гонял листья по земле. В идиллическую тишину этого удивительного места гармонично вписывался стук клавиш.
Арсения сидела перед окном и лениво набила текст на компьютере. Здесь, в Лимбе, нет службы, нет поручений. Есть только души, не желающие перерождения. Почему бы и не изучить это место получше? «Заметки о Лимбе». Жаль, что она не сможет передать их в «рай», ребятки бы явно стали испытывать нехватку кадров.
Снаружи послышался дикий вопль и какой-то грохот. Девушка улыбнулась. Она встала из-за стола и вышла на улицу, встречая Веру с очередным трофеем из дальней части леса. Она все же получила свою порцию приключений.
Вера радостно помахала ей и подошла ближе, приветственно приобняла девушку и вставила крупную ромашку в пышную копну ее волос.
Еще один прекрасный день из грядущей вечности.
Конец