Она оглянулась, взглянула на меня с вежливой улыбкой.
- Добрый день, - ответила она. – Простите, мы знакомы?
- Нет, но мне очень нужно поговорить с вами.
- Вы хотите купить картину? Обратитесь к администратору…
- Нет, я хочу поговорить о вашей дочери Флоренс.
Улыбка разом сошла с ее лица.
- Кто вы такая? – строго спросила Марта.
- Меня зовут Игнис Фэлл, я из полиции. Отдел тайн…
- Я же уже сказала! Только с адвокатом… - растеряв всю учтивость, раздраженно произнесла женщина. – Я не собираюсь с вами разговаривать!
Она хотела уйти, но я снова взяла ее за руку, машинально отмечая про себя, что импланта нет. Естественно, он лилитам ведь не нужен.
- Из-за действий Флоренс один человек сейчас в опасности, - быстро заговорила я. – Вас никто ни в чем не обвиняет, мы лишь просим помощи. Помогите нам и собственной дочери. Она ведь вернулась к вам, не так ли? Вы видели, в каком она состоянии?
Марта застыла, глядя на меня. В ее глазах плескалась настоящая человеческая тревога, а от маски холодной вежливости не осталось и следа.
- Как вы сказали, ваше имя? Игнис? Я сама разберусь с дочерью, и полиции не нужно вмешиваться.
- Я все знаю, миссис Мьюри… О том, что ваша семья состоит в обществе лилитов, и о том, что сделала Флоренс. Вы ведь не одобряете ее поступок, не так ли?
Марта взяла меня под руку и повела подальше от людей. Мы вышли из зала и оказались в узком коридорчике. Марта огляделась вокруг, убедилась, что никого нет, и заговорила тихо:
- Флоренс развоплотила гомункула. Я хорошенько с ней поговорила, и этого больше не повторится. У нее трудный характер, и она не всегда слушается… Но уверяю, что теперь все по-другому.
- А про второго гомункула вы знаете? Он двойник Стюарта Винниса, бывшего парня Флоренс. И этот двойник пытался его убить.
Миссис Мьюри поменялась в лице.
- Этого не может быть… Она ведь обещала мне, что больше никогда… - пробормотала она. – Флоренс приехала вчера, плакала, говорила, что больше не хочет жить одна, что будет послушной… Сказала, что много сил потратила на развоплощение… Понимаете, этот обряд запрещен у нас. Если высшие кураторы узнают, что она натворила… Мы потеряем все!
В ее глазах теперь отражался откровенный ужас.
- Мы пробовали говорить с Флоренс, но она и слушать не хочет, - сказала я. – Только вы можете на нее повлиять. Где она сейчас?
- В нашем доме, - ответила Марта. – Едем немедленно!
Марта покинула собственное мероприятие, ни с кем не попрощавшись. Мы нашли Лиара и поехали на его машине втроем. На Марте лица не было. А я не могла понять, за что больше она переживает? За состояние собственной и, как выяснилось уже, единственной дочери, или за статус своей семьи.
- Почему вы поверили дочери так просто? Почему не убедились сами, что гомункулов больше нет? – строго спрашивал Лиар.
- Флоренс никогда не отличалась примерным поведением… Ее образ жизни не устраивал нас. Она бунтовала, захотела жить одна…
- И вы ее отселили подальше, чтобы не бросала тень на ваше семейство, – мрачно произнес Лиар.
- Она никогда не интересовалась ритуалами! Я даже не могла подумать, что она может воспользоваться знаниями. Да еще и запретными! Я серьезно поговорила с ней, ругала, угрожала…
- А, может быть, нужно было просто понять и любить? – не удержалась я.
Марта замолчала, поджав губы.
- Я думала, Флоренс все исправила, - произнесла она тихо. – Она клялась мне… А я… Джейк запрещал часто видеться с ней.
Ясно… Джейк Мьюри, глава семейства. Тот, кто всем заправляет… Жаль, дочь не смогла соответствовать его высоким требованиям.
Особняк семьи Мьюри больше напоминал готический замок. Его венчали башенки и украшали каменные изваяния каких-то крылатых существ. А участок окружал высокий забор. Вид этого жилища словно говорил, что гостям тут не очень-то рады. Нас встретил хмурый охранник. Марта что-то быстро сказала ему и сделала нам знак следовать за ней. Внутри особняка была роскошная отделка и дорогая мебель. Все на высшем уровне… Вот только не было уюта и тепла. Дом походил на музей с колоннами, картинами, позолоченной лепниной… Но настоящей жизни там не было. Я бы тоже на месте Флоренс захотела отсюда сбежать.