- В дверь звонят, - продолжал Лиар. – Я иду… Мне плохо, очень плохо…
- Кто за дверью? – требовательно спросил эксперт.
- Не знаю… Дальше темнота…
Из цилиндра вылетели еще несколько полосок, почти черных, с редкими белыми всплохами.
- Нужно вспомнить, - настаивал Артур. – Постарайся… Ты должен вспомнить!
Дыхание Лиара участилось. Он застонал, задергался, словно в судорогах. Его лицо покрылось капельками пота.
- Помогай! – скомандовал мне эксперт, продолжая сжимать голову майора.
Я обхватила его руки, пытаясь удержать. Тело Лиара продолжала сотрясать мелкая дрожь. Он уже кричал, словно от сильной боли, и мне было очень страшно. Сеанс нельзя было прервать… Если был какой-то блок на сознании, мы должны сквозь него пробиться.
- Давай, Лиар, давай… - шептал Артур.
Энергия наполняла комнату, и кожу кололо крошечными иголочками. Даже я видела свечения в комнате – крошечные разрывы пространства. Лиар наконец обмяк, тяжело дыша.
- Не могу, - прошептал он. – Не могу ничего вспомнить… Только чернота.
Артур тронул датчик, и вновь на стол повалились пленки с грязными черными разводами. Эксперт хмурился и что-то бормотал себе под нос.
- Не могу вспомнить, - хрипло повторил Лиар. – Пустота…
Я взяла салфетку и обтерла его лицо, убирая пленку липкого пота.
- Давай дальше, - попросил Артур, вновь сжимая виски майора. – Ты очнулся…
- Не понимаю, что случилось… Вокруг кровь… Мертвый мужчина около двери… Он застрелен.
- Ты узнаешь его?
- Нет… Я никогда его прежде не видел.
Из прибора выпорхнула пленка с серо-синими разводами. Артур глянул на нее поверх очков и кивнул сам себе.
- В квартире есть еще кто-то?
- Нет… Я не понимаю, зачем это сделал? Зачем застрелил его… Не понимаю!
Лиар вновь задергался в судорогах, и Артур спешно прервал сеанс. Командир шумно выдохнул и распахнул глаза, полные страха. Он встал, пошатываясь, и подошел к столу, рассматривая прямоугольники пленок.
- Что за безумие со мной случилось? – задумчиво спросил он.
- Похоже, что на воспоминаниях стоит энергетический блок, - ответил Артур. – Я напишу заключение, и мы подадим прошение в комитет.
Мне показалось, что Лиар немного приободрился. Ему пора было возвращаться в изолятор, и это ужасно меня расстраивало. Оказывается, я привыкла, что в последнее время этот мужчина постоянно рядом. Пока провожали его до машины, я даже улучила момент и обняла командира. Всего лишь мимолетное торопливое объятие… Хотелось подарить ему чуточку тепла и поддержки. Лиар улыбнулся в ответ.
А в отделе нас ждал Мэтт. Он сказал, что хочет продолжать стажировку, несмотря на ситуацию. Сказал, что хочет помогать в распутывании этого загадочного дела. Я не возражала… Так уж вышло, что будучи помощницей командира, я неожиданно стала главной в отделе. Естественно, ненадолго… Пока не назначат нового командира. Чтобы этого не случилось, мы должны забрать дело себе.
До позднего вечера мы с Артуром и Мэттом оформляли кучу документов в Комитет по надзору за паранормальной деятельностью. Нужно было написать так, чтобы у вышестоящего начальства даже сомнения не возникло в сверхъестественной природе происшествия. По всему выходило, что Лиар потерял память из-за мощного энергетического воздействия. Следы энергии, запечатленные на пленках, подтверждали слова командира. Прибор невозможно было обмануть, это сразу бы отразилось на пленках. Чернота с белыми всплохами – так выглядел след загадочного воздействия. Чтобы выяснить точнее, нужно было обследовать место преступления. Об этом мы и написали заявление. Вместе со всеми документами и заключениями вышла толстая папка, которую Артур с утра повез на рассмотрение в комитет.
Я полдня была, как на иголках. Мэтт успокаивал меня, как мог. Мы вместе разбирались с мелкими повседневными делами, и это немного отвлекало меня от мрачных мыслей. Наконец, Артур вернулся. Он с улыбкой протянул мне разрешение на обследование места преступления. Не теряя времени, мы пошли к техникам, чтобы придумать подходящий ритуал. Я думала, что мы будем считывать энергетические следы, но у Артура появилась идея получше.