За столом царило молчание. Об смотрел на Максима и сжимал зубы так, что проступали желваки. Парень нацепил на лицо маску безразличия и не отводил взгляд. Ассоль переводила глаза с одного мужчины на другого, периодически косясь на отца. Азод сидел с расслабленным видом и маленькими быстрыми глотками опустошал чашку.
— Вот вы где, — вошёл в ресторан Давид. — А я в номера ломлюсь.
Он взял стул и подсел к оперативникам.
— Что будете делать?
— Ждать, — ответил Об.
— Там, на площади, соберётся несколько тысяч людей. И туда, по вашей информации, придёт Бреже, — Давид невесело усмехнулся. — Хотелось бы услышать что-то более… напоминающее план действий.
— Мы будем ждать, — с нажимом повторил Об. — Как только Бреже заметят, мы им займёмся.
— А что второй?
— Он не появится.
— Ты предсказывать научился? — спросил Азод. — Если появится, сообщите мне.
Давид удивился:
— Вы не одна группа?
— У нас несколько задач. Но подстраховать друг друга сможем.
— И какой приоритет?
— Не важно, — сказал Об.
— Для вас, естественно, — он покачал головой. — Это мой город. Если здесь объявится психованный суггест… очень надеюсь, что вы его возьмёте.
— Возьмём.
Кивнув, Давид встал, достал сигарету и сунул её в рот:
— Машина ждёт.
Максим отодвинул тарелку с нетронутой яичницей, допил кофе и последовал за остальными. Вышел на улицу и, не дожидаясь слов Оба, сел на переднее сиденье. Спокойно проехав по сонным улочкам, машина остановилась за несколько домов до площади, где начиналась перекрытая для транспорта зона.
Давид повёл их к памятнику. Вокруг сновали люди, завершая приготовления: убирали мусор, настраивали звук на высившейся на дальнем краю сцене, устанавливали в ряд палатки с едой и напитками, разгружали коробки с сувенирами. Несколько полицейских с собаками ходили по территории, заглядывая повсюду в поисках взрывчатки. Сообщение о террористе в таком скоплении людей заставило их начальство принять меры.
— Расположимся там, — Давид указал на кафе у церкви. — Хозяин любезно разрешил устроить временный штаб.
Они зашли в полное галдящих людей помещение. Несколько десятков полицейских, в форме и нет, получали указания у офицера. На стене висела подробная карта площади и окрестностей, поделенная на квадраты, на которой краснели флажки расположения патрулей.
— Есть такая же, только поменьше? — указал на карту Азод.
— Сейчас принесу, — ответил Давид и махнул на сдвинутые в углу столы: — Пока там подождите.
Через двадцать минут он вернулся с маленькой картой для туристов, на которую старательно перенесли сетку квадратов. Отдав листовку, он протянул рации с проводами наушников:
— Связь.
За выстраиванием и распределением маршрутов прошло достаточно времени. Они запомнили всё, что могли, и Об скомандовал:
— Выходим.
На площади уже появились первые гуляющие. Люди фотографировались, заказывали еду, выбирали сувениры. Максим сильно надеялся, что Азод ошибся и сегодня ничего не произойдёт. Он тряхнул головой и направился к первой точке маршрута, на ходу вставляя наушник.
Подойдя с левой стороны к сцене, он развернулся и пошёл к другому концу площади. Проходя мимо людей и пристально вглядываясь в лица, он дошёл до ограждения с аркой входа. Постоял минуту, рассматривая людей, и направился обратно. И опять. Снова. Шаг за шагом, наматывая бесконечные метры. Довольно быстро Максим стал различать среди прохожих занимающихся тем же полицейских.
Солнце перемахнуло зенит, на сцене менялись артисты, ведущий пытался расшевелить толпу. Окружающие наслаждались лучами тёплого света, потягивали напитки из запотевших пластиковых стаканов. То и дело раздавались взрывы смеха. Люди отдыхали. И не догадывались о растущем напряжении сотни людей.
— Пост восемь. Вижу подозреваемого, — раздался голос в наушнике.
Максим замер. Это рядом с церковью, мимо которой он ходит.
— Кто?
— Эм… мумия.
— Выдвигаюсь, — ответил Азод. — Не приближаться к объекту.
— Заметил нас. Уходит.
— Преследовать, но не приближаться!
— Свернул… У нас раненый!
— Где вы?!
— Что это такое?! Что…
— Что происходит? — вмешался ещё один голос.
— Офицер убит! Офице…
Сглотнув, Максим представил, что случилось с полицейским. Сделал шаг, собираясь броситься на помощь, но одёрнул себя и замер. Азод справится. Должен. Если нет — позовёт их. Всех сразу или кого-то одного. У Максима другая цель. Парень заставил себя отвернуться и продолжить маршрут.