— Красиво, — сказала Ассоль. — Только как-то… хмуро.
— Погодка не задалась, — подал голос водитель. — А так у нас хорошо. Завтра обещают солнце, так что сможете на экскурсию сходить.
— У нас работа.
— И что? Питер не зря назвали культурной столицей. Закончите с делами и сходите в Эрмитаж или в Петропавловскую. Могу оставить номер…
— Не надо, — перебил Максим.
— Ну, как хотите, — водитель бросил взгляд на навигатор и показал рукой на огороженное здание. — Кстати, уже приехали.
— Спасибо, — сказала девушка, вылезая из машины.
— Это случаем не гостиница МВД?
— Ага, — ответил Максим, передавая деньги.
— О, так вы из этих…
Не обратив внимания на фразу, он догнал Ассоль. Пройдя в свежеокрашенное здание и предъявив документы мрачным охранникам с автоматами, они зарегистрировались у молчаливой женщины с сжатыми в тонкую линию губами. Подойдя к лифту, Максим спросил:
— Что сейчас делаем?
— А какие предложения?
— Можно отдохнуть, поужинать и начать уже завтра, — он посмотрел на часы. — Или прямо сейчас позвонить эксперту и напроситься в гости.
— Второе, — двери лифта открылись. — Встречаемся через пятнадцать минут внизу.
— Хорошо.
Он зашёл к себе, быстро разобрал сумку и положил вещи в шкаф. Спустившись и выйдя на улицу, молча ждал, вдыхая пропитанный сыростью воздух. Ассоль появилась через заявленное время, и Максим набрал номер эксперта.
— Слушаю, — глухо раздалось в трубке.
— Это Филин, из Интерпола. Занят?
— Я всегда занят. Чё хотел?
— Поговорить.
— По поводу?
— Анималист.
— Ой, бля, так вы из Отдела?
— Да.
— Так бы сразу и сказал.
— Я же сказал, что из Интерпола.
— А я ебу, чё тебе надо? Может, у нас тут в окочурившихся бомжах террорист валяется? Ладно, записывайте адрес и быро ко мне.
— Эээ… Что так вдруг?
— Ещё один жмур нарисовался. Как раз по вашу душу.
— Диктуй.
— Жду, короч.
— Мда, — посмотрел он на замолчавшую трубку. — Культурная столица.
Вызвав такси, Максим назвал адрес, и они направились к судебно-медицинскому центру. Обшарпанное здание с обвалившейся кое-где краской, с очередными охранниками на входе казалось мрачным. Внутри их встретил запах дезинфицирующего средства, с трудом перебивающий зловония крови, испражнений и гнили. Привкус смерти. Подойдя к кабинету эксперта, Максим постучал.
— Чё?
Они вошли. Перед ними сидел худой, заросший щетиной мужчина в очках. Окинув парочку хмурым взглядом, он буркнул:
— Ну?
— Мы из Отдела.
— Яша, — представился эксперт и встал. — Пойдёмте.
Он провёл их до железной двери с приклеенным скотчем листом с корявой надписью «разделочная». Максим кивнул на вывеску:
— Посетителей не смущает?
— Кого?
— Родственников.
— Кто их сюда пустит? Здесь, кроме санитаров и нас, никто не ходит.
Яков открыл дверь и зашёл в помещение. Щёлкнул выключателем, добавляя света в холодную комнату с жёлтыми кирпичными стенами и выложенным плиткой полом. Три металлических стола с каменными основаниями у изголовья, два из которых пустовали, стены с приставленными железными тумбами с непонятными приборами, стальные ящики с пугающими инструментами. Расположившиеся на врезанных в бетон шурупах рамки со схематичными разрезами частей тела. Подойдя к столу с накрытым трупом, Яков отработанным жестом скинул полотно:
— Знакомьтесь, номер шесть.
Вздохнув, Ассоль отвернулась. Максим поморщился от открывшегося зрелища, стараясь проглотить комок, возникший в горле. На столе находилась голая женщина с биркой на запястье. Левая нога от бедра представляла собой обглоданную кость и просто лежала рядом. Вместо груди зияла дыра с осколками рёбер. В шее отсутствовал кусок, открывая взгляду покрытый кровью позвоночник.
— Вы первый раз, что ли? — посмотрел на них Яков. — Пиздец, приехал детский сад. Вы тут не попадаете?
— Нет, — глухо ответила Ассоль, повернулась к трупу и указала на срез верхней части головы. — Это что?
Эксперт окинул взглядом тело и нахмурился:
— В смысле?
— Что у неё с головой?
— Стандартная процедура, — он потянул за лоскут кожи на животе, открывая внутренности. — Как и это.
— Блядь, — не выдержала девушка и выбежала в коридор.