Заметив опасность, зверь отскочил и схлопотал пулю в спину от Оба. Вновь увернулся от посланного уже Азодом снаряда, припал к земле и прыгнул вверх, оставляя ещё одну вмятину. Повторил. Удар пробил сгнившие деревянные перекрытия, и Тобиас оказался на первом этаже.
— За ним! — крикнул Об и побежал к лестнице.
Азод бросился за ним:
— Стой!
Максим проводил их взглядом. Они не смогут его догнать. Зверь скроется, и придётся начинать всё заново. Сколько ещё умрёт, прежде чем его остановят? Вытащив из кармана пакет, он достал волос и потянулся к трофею.
Перед глазами вновь замелькали воспоминания. Но сейчас нужно только одно. Зафиксировав нужный момент, отпустил жажду перевоплощения, давая силе проникнуть в себя. В тело полилась мощь. По мышцам пробежала судорога. И сменилась болью. Ноги свело, Максим упал. Кожа растягивалась и зудела от проступающих волос. Он едва не потерял сознание от боли, когда начали смещаться и менять форму кости. И всё стихло.
Открыв глаза, он осмотрелся. Вместо ярких цветов чётко проступил серый мир. Темнота больше не являлась препятствием. Максим втянул носом воздух, и окружающее пространство расцвело новыми красками. Чувствуя распирающую мощь, он стряхнул остатки одежды и закричал. Из глотки вырвался рык.
Быстрым прыжком сместившись к дыре в потолке, он метнулся в провал и оказался на первом этаже. Поведя носом, определяя местоположение напарников, почувствовал след, оставленный сбежавшим зверем. Выскочив на улицу через окно, оказался рядом с оперативниками и бросил взгляд на замерших. Помчался дальше. За диким зовом охоты.
Следовал по пути Тобиаса, отсекая запахи и набравшие громкость звуки спящего города. Завернув в очередной двор, остановился, встретившись глазами с застывшим напротив зверем. Максим понимал, чувствовал, что превосходит его. Силой, ловкостью, скоростью. Размером. Усиленное Марлен чудовище против вечно голодного волчонка. Издав довольный рык, он бросился на противника.
Два зверя, покрытых чёрной шерстью, сливающейся с ночью, столкнулись. Над улицей раздались взвизги боли и гневный рык. Они пытались вцепиться друг другу в горло. Наносили удары, вгрызались в подставленные лапы. Спустя мгновения противостояния они отскочили в стороны и медленно закружили, выбирая момент для атаки. По шерсти стекала кровь, капая на землю.
Не отводя взгляда, Тобиас поднёс лапу к морде, принюхался и слизнул багровую каплю. Понимая, что проигрывает, зарычал и бросился прочь. Чувствуя за спиной Максима, он метался по улицам и дворам, надеясь спутать следы. И с каждой минутой слабел от полученных ран. Забежав в очередной двор, заметил горящий свет, льющийся через стекло двери. Он разбежался и снёс деревянное препятствие.
Максим, ощущая радость погони, зная, что добыча не скроется, лишь ненадолго задержался. Проскочив деревянные обломки, он повёл носом, отмечая сладкий запах крови. Появился голод и потребность залечить раны. Повернув голову, увидел лежащую на полу женщину. Её дыхание со свистом вырывалось сквозь дыру в горле, пузырясь кровью на ужасной ране.
Поведя ушами в сторону раздавшегося треска и крика ужаса, он бросился на шум. Влетев в комнату, увидел, как Тобиас выдирал кусок мяса из оставшегося в живых человека. С ходу влетев в почти невредимого противника, он проломил хлипкую стену. Максим резко отскочил от вцепившегося в очередную жертву зверя. И зарычав, прыгнул.
Откинув человека, Тобиас прошмыгнул под ним и выскочил в коридор. Издав недовольный рык из-за скользнувшей на крови лапы, Максим выбежал из комнаты. След вёл к лестнице на этаж выше. Кто-то решил узнать, что за шум, и, выйдя в коридор, встал на пути. Смахнув лапой препятствие, Максим в несколько прыжков оказался на втором этаже. Проскочив очередной труп, кинулся к выбитой двери.
Увидев противника, прыгнул, вновь стремясь сшибить с ног. В этот раз не удалось. Максим в полёте извернулся и вцепился зубами в загривок твари. Зверь взвизгнул и дёрнулся, освобождаясь.
Рухнув на пол и продолжив борьбу, две огромные туши сносили всё вокруг. Тобиас попал сопернику по глазам. Максим отпрянул, и тварь кинулась в горло. Спасла нечеловеческая реакция, и парень успел подставить лапу. Тут же почувствовав, как его бросают на пол, зарычал от боли в выдираемой из сустава конечности.
Взрыкнув, он кувыркнулся и, оказавшись на животе, согнул локоть, не обращая внимания на раздираемые зубами мышцы, смещаясь за противника. Вцепившись свободной лапой в бок Тобиаса, потянул, затаскивая себя на спину. Сомкнув пасть на загривке, Максим подтянул задние лапы и всадил когти в поясницу. Крепко сцепив челюсти, он распрямился, выдирая пласты кожи и мяса.