Тонким, легко гнущимся ножом он привычными движениями по миллиметру отделял кожу от мышц. Увлечённый работой не заметил, как начал мурлыкать приставучий мотив из рекламы. Поймав себя на этом, замолчал, прислушался к долгим, тяжёлым выдохам Фазиля. И продолжил, напевая в голос.
Закончив со спиной, взял нож ещё меньше и принялся за ноги. Работая в неудобной позе, аккуратно отделял плоть, чтобы не повредить кожу. Опустившись к ступням, взял тонкую пластину и медленно очистил пяточные кости.
Отстегнул удерживающий браслет, взялся правой рукой за малоберцовую кость, запустил пальцы левой в разрез, обхватив пятку, и осторожно потянул. Вывернув кожу, вытащил ступню и кивнул, довольный работой. Зафиксировал истекающую кровью ногу обратно и занялся второй.
Закончив, взял свежий инструмент и поднялся к рукам. Те же аккуратные движения. Очередная ювелирная работа уже на кистях. Напряжённые полчаса и облегчённый выдох.
Пришло время грязи. Бросив лезвие, взял тележку и обошёл Фазиля. Прислушался и не уловил дыхания. Сменив крючки на зажимах, поднял кожу ног, закрепляя выше, открыв доступ к животу. Пара режущих движений, и кишки бурой массой рухнули в ведро. Подрезав внутренности, чтобы не мешались, взял тонкую пластину с молотком и опять вернулся за спину.
С лицом проще работать при отделённой голове. Он несколькими ударами вбил пластину между позвонками. Отцепив зажимы, растянул кожу на полу и очередным ножом принялся скоблить по затылку. Как всегда проблемы возникли с веками и губами. На это он потратил час. Выверяя каждое движение. Замирая, когда не видел, где продолжить.
Наконец, он положил окровавленный череп рядом с ведром и посмотрел на распластанную кожу. Обернувшись к подвешенному телу и оценив размеры, поморщился:
— Большой.
Подойдя к столам, открыл дверцы ящиков и начал вытаскивать детали. Собрав мясорубку, способную перемалывать кости, поставил у трубы, скрывающей шнек, миску.
Медленно снял одежду, не отводя взгляда от сочащегося кровью тела. Оставшись нагим, пальцами надавил на едва заметный шрам на пояснице и потянул. Личина Давидсона слезала с лёгким шелестом, освобождая неприглядное тело. Сквозь полупрозрачную белёсую плёнку проступали мышцы. Лишённое носа и губ лицо.
Морщась, Безликий влез в шкуру Фазиля. Миллиарды тонких волосков на истинном теле удерживали новую личину. Пригладил шрам на спине, оставляя тонкую полосу, и оглядел себя. Как и предполагал, оперативник крупнее. Складки кожи на животе, руках и ногах. Практически незаметно. Но дьявол кроется в деталях.
Порывшись в ящиках, достал ручную пилу и направился к телу. Прикинул недостающий вес и отделил руку у плеча. Вернулся, засунул кисть в мясорубку и включил. Мощный агрегат без проблем справился с мясом и костями, перемолов в труху, и наполнил миску красно-белой массой.
Но прежде взял инструмент, похожий на ложку, и вытащил свой левый глаз. Подойдя к Фазилю, бросил в ведро. Поднял череп, вытащил новый и засунул в рот. Через несколько часов нужно повторить. А пока… Порывшись в карманах валяющейся одежды, достал вилку и подошёл к столу. Отодвинул контейнер с овощами, тяжело вздохнул, зачерпнул порцию из миски и отправил в рот.
Хрустя костяной пылью, тщательно пережевал, проглотил и огляделся. Заглянув в несколько полок, разочарованно вздохнул:
— Опять забыл вино.
В скудно обставленном кабинете раздался хлопок. Оторвавшись от документов, Зикимо поднял голову. Увидев двух мужчин, встал и, обойдя стол, преклонил колено:
— Первый.
Глядя на это, Измаил поморщился. Он отошёл на пару шагов от доставленного старика, вытащил из кармана белый шарик и закинул в рот.
— Можешь встать.
Глава Отдела медленно поднялся, не обращая внимания на презрительный взгляд рыжего парня.
— Освободи его.
Чернокожий нахмурился:
— Кого?
— Парня. Конвергента.
— Я не уверен, что он…
— На его теле нашли раны?
— Нет.
— Опасаться нечего.
Зикимо склонил голову:
— Хорошо. Но есть проблема.
— Какая?
— Про него узнали остальные. Многие недовольны его способностями. Тем, что он мог узнать.
Первый усмехнулся:
— Боятся за ненужные секреты? Что с того?
— Могут случиться эксцессы, — Зикимо опустил голову, опасаясь смотреть в глаза старику. — Может, лучше его отделить? Есть подходящая квартира недалеко от штаба.
Обдумав предложенное, он кивнул: