— Сурово.
— Необходимость.
— Тара придумала?
— Нет, старая разработка.
— Это для кого?
— Когда не было ПЛАТа, сдерживали «кротов».
— Мда…
— Кстати, как она?
— Тара? Да нормально, — махнул рукой Дмитрий. — Что с психованной будет.
— Как отреагировала на то, что Максима здесь не будет?
— Да никак. Зикимо притащил её в камеру к Максу. А он убедил её слушаться шефа, пока будет в отъезде.
— Умно.
— Только она всё равно странная.
— Так и должно быть.
— Не. Она ещё чуднее стала. Помнишь, зависания постоянные? Теперь она после них как будто в панике.
— Это нормально.
— Почему?
— Ищет Максима. Понимает, что его не будет, испытывает страх и вспоминает, что есть временная замена.
— Откуда знаешь?
— Просто знаю.
Двери лифта открылись, и они вышли в коридор. Дмитрий махнул рукой:
— Ладно, я побежал, меня ребята ждут. Проводим Андрея на заслуженный отдых.
Азод кивнул. Имя ни о чём не говорило, а узнавать подробности не было желания. На ходу парень бросил через плечо:
— Кстати, меня повысили.
— Поздравляю, — тихо сказал оперативник и направился к выходу.
Реакция понятна. Но он не ожидал её так скоро от Дмитрия. Слишком быстро на Максима навесили клеймо. И не стоит особого труда догадаться, кто за это ответствен. Хоть парень и ни при чём, но Об не смог простить смерть Ассоль. Даже пытаться не будет. А создать Максиму образ извращенца, обманом добывающего чужие секреты, не составляет труда. И все поверили. Каждому есть что скрывать.
Зато теперь ясно, почему отец Максима каждый раз выполнял контракты. Вряд ли ему это удавалось легко. Но он имел преимущество: десятки, сотни, возможно, тысячи чужих способностей. И он успешно скрывал их. Передал навык сыну. Если бы не стечение обстоятельств… Незнание, жажда мести, чувство вины за смерть Ассоль и усталость заставили раскрыться. Что будет теперь, не знал никто. Но Зикимо поступил мудро, убрав Максима из здания Отдела.
Азод остановился у нужного дома. Недалеко от штаба, всего полчаса пешком. Простое кирпичное здание в пять этажей, ничем не отличающееся от соседей. Хотя квартиранты здесь селились редко. И только из числа сотрудников. Такие временные жилища есть по всему миру, хоть и не в каждом городе. Специально, чтобы оперативник передохнул и отлежался. Переждал опасность. Скрылся от преследования.
Он поднялся на третий этаж, подошёл к двери и постучал. Через минуту тишины ещё раз. И, не дождавшись реакции, поступил как мальчишка: прислонился ухом к тонкому дереву и замер, стараясь уловить хоть какой-нибудь звук. Отпрянув от двери, вздохнул и несколько раз ударил кулаком. Грохот разнёсся по всему подъезду. Но и в этот раз никто не открыл. Зато он услышал лёгкий шорох в соседней квартире.
Так и не дождавшись ответа, Азод подошёл к двери, за которой раздавался шум, и постучал. Его действия опять не удостоились ответа. Скрипнув зубами, он бухнул кулаком и прорычал:
— Открывай.
Спустя несколько секунд раздался звук отпираемого замка, и дверь распахнулась. Перед оперативником стоял напряжённый мужчина под два метра ростом, бугрящийся мышцами. Кинув быстрый взгляд на площадку за спину Азода, бугай спросил:
— Чё?
Вздохнув, оперативник достал удостоверение. Охранников не предупредили о его приходе. Лучше сразу показать, кто он, чем нарываться на выяснение отношений. Здоровяк внимательно изучил документы и, чуть посторонившись, кивнул внутрь квартиры:
— Заходи.
Азод прошёл коридор и оказался в комнате. В центре, рядом с работающим телевизором и разобранным диваном, в напряжённой позе застыл ещё один мужчина. Такой же огромный, как и открывший дверь. Кивком поприветствовав второго охранника, оперативник медленно обвёл взглядом комнату.
Холостяцкий наблюдательный пункт. Так он мог охарактеризовать увиденное. Один диван на двоих. Пока кто-то наблюдает, второй отсыпается. Судя по огромному мусорному пакету у стены, набитому коробками, готовкой они себя не утруждали, а просто заказывали еду из ближайшего кафе. Несколько пустых винных и пивных бутылок давали понять, что охранники воспринимали происходящее как некий период отдыха.
Чуть в стороне от телевизора стоял монитор с разделённой на четыре квадрата тёмной картинкой. Видимо, присутствия двух охранников рядом посчитали недостаточным, и в соседней квартире установили видеонаблюдение. Наконец из-за спины Азода раздался голос:
— Свои.
Стоящий в центре мужчина тут же расслабился и сел на диван. Видимо, приход оперативника оторвал его от просмотра телепередачи.