– Глеб, ты ведь приехал сюда не для того, чтобы восторгаться прелестями природы, – поворачиваюсь к мужчине, шаря взглядом по его плечам. – Чего ты хочешь? Мне казалось, мы уже все обсудили.
– Это ты все обсудила, Марина, – в его голосе проскальзывают напряженные нотки.
– Мне не хочется снова ворошить прошлое. Больно, знаешь ли, – язвительным тоном произношу я, поднимая, наконец, глаза на Глеба.
– Ты не имела права скрывать это от меня, не имела права блокировать мой номер. И если бы ты дала возможность объясниться, то все закончилось иначе, – на выдохе произносит мужчина.
– Какой смысл сейчас говорить об этом? – ком снова подступает к горлу.
– Да потому что тогда, черт тебя подери, Марина, ты не дала мне шанса! – взрывается Ланской. – Ты не дала мне ни одного гребаного шанса. Обстоятельства тогда сложились так, что я не смог вернуться домой.
– Почему та девица выставила меня за дверь? – тихо спрашиваю я.
– Обязательно это выясню, – уверяет меня мужчина.
Глеб хватает меня за плечи и легонько потряхивает. Я поднимаю на него глаза, чувствуя, как они наполняются слезами. Во взгляде мужчины я вижу боль и отчаяние, которые напоминают мне о том периоде, когда я всеми силами пыталась собрать себя по частям. Потеря ребенка – самый большой страх для женщины, которая мечтает иметь детей. Что уж говорить о последствиях? Ланской дергает меня на себя и крепко прижимает, заставляя разрыдаться еще сильнее.
– Мы должны были пережить это вместе, Мариш, – Глеб зарывается носом в мои волосы. – Уверен, мы нашли бы способ справиться с этим.
Сотрясаясь в рыданиях, я сильнее прижимаюсь к Глебу. Уютно. Сейчас он кажется таким родным и близким, будто этих лет и не было. Его руки блуждают по моей спине, заставляя мое с большим трудом склеенное сердце трепетать. Глубоко спрятанные чувства вырываются наружу, оставляя за собой шквал эмоций от одних только прикосновений. Мужчина медленно отрывается от меня и заглядывает в глаза. Крепко сжимая затылок, он впивается в мои губы своими, выбивая из легких весь воздух. Кровь начинает циркулировать по венам в бешеном ритме, а давно забытое тепло разливается внизу живота. Не ощущаю ног. Они будто становятся ватными.
Ищу в себе силы оттолкнуть Глеба, но не нахожу. Хочу вернуться в те сумасшедшие эмоции, которые овладевали мной раньше. Близость этого мужчины не просто сводит с ума, она напрочь вышибает весь здравый смысл.
Мы целуемся словно одержимые, пропуская через себя любовь, смешанную с болью потери. Я не могу оторваться от его губ. Крепко обнимаю Глеба за шею, бесстыдно прижимаясь к мужскому телу. Его пальцы сползают все ниже, впиваясь в оголенную кожу бедер. Это превращается в сладкую пытку.
– Нет, – пытаюсь оттолкнуть, но он еще сильнее прижимает меня к себе.
Мне сложно сопротивляться, когда тело и сердце твердит одно, а разум яро противится и кричит совершенно другое. В голове мелькает одна очень важная мысль: близость с Глебом ничего между нами не сможет изменить. Слишком много воды утекло. И это отрезвляет. Нахожу в себе силы оттолкнуть Ланского. Дышу тяжело и часто.
– Это ничего не изменит, – сиплю я, нервно поправляя платье.
– Мы могли бы попытаться, – неожиданно произносит он. – Начать все с чистого листа.
– Зачем тебе бракованная? – спрашиваю я, а его лицо искажается от боли.
– Не говори так, Марина, – он понижает голос. – Все решаемо.
– Не в моем случае, – обреченно вздыхаю.
– Ты не права, – щурится Ланской, не двигаясь с места.
– Между нами все кончено, Глеб, – отрывисто произношу я, открывая дверь своей машины. Тыльной стороной ладони смахиваю слезы, скользящие по моим щекам. – И уже давно. Даже открывшаяся правда уже ничего не изменит. Ты ведь тоже это понимаешь. Нам больше не стоит видеться. Прощай.
Я больше не смотрю на мужчину. Сажусь в свой автомобиль и уезжаю из этого места. Теперь, когда между нами не осталось тайн, мне стало проще. Будто камень свалился с души. Все правильно. Впереди меня ждет фиктивный брак с Максимом как минимум на полгода, а что будет дальше – покажет жизнь.
Глава 7 Марина
За неделю до свадьбы я уезжаю в командировку. И это как раз то, что мне сейчас жизненно необходимо. Сменить обстановку и прочистить мозги.
Погруженная с головой в работу, я почти полностью абстрагируюсь от мыслей о Глебе Ланском. Мне не хочется давать надежду, прежде всего, самой себе, заочно зная, что ничего не выйдет. Слишком болезненно было расставание, а правда оказалась и вовсе чудовищной. А в результате – две сломанные судьбы.
В последние день командировки решаю не брать такси, а прогуляться по улочкам северной столицы. Магнетизм этого города притягивает с каждым приездом сюда все сильнее. Мне нравится здесь, я будто возвращаюсь домой. Спустя два часа прогулок и бесконечных мыслей я, наконец, подхожу к зданию отеля, где я остановилась.