Она закрыла кран, вышла из-под душа, вытерлась и оделась. Отказавшись от макияжа, она провела щеткой по волосам и вернулась в спальню.
Там ее уже дожидался Стив.
– У тебя завтрак остынет, мам, – укоризненно пробормотал он.
– Прости, пожалуйста. Я почему-то двигаюсь сегодня как сонная муха.
– А ты посмотришь, как мы доделываем мою гоночную модель?
– Мне это как-то в голову не приходило, Стив. А почему ты спрашиваешь?
– Просто думал, что тебе будет интересно посмотреть, что мы делаем, – небрежно заметил мальчик.
– О, конечно. Я с удовольствием посмотрю.
– Отлично, мам, хоть ты и ничего не понимаешь в машинах.
– Ты так думаешь?
– Да, ровным счетом ничего, – кивнул Стив. – Хотя теперь ты прекрасно разбираешься в бейсболе.
– Стараемся, – пробормотала Сьюзен и, подойдя к сыну, притянула его к себе.
– Мам, брось эти телячьи нежности. – Мальчик изо всех сил вырывался из ее объятий. – Пошли же. Завтрак стынет.
Тони дожидался их на кухне. На столе ее поджидала чашка кофе и еще яйца, ветчина и тосты.
– Я никогда столько не ем за завтраком, – простонала Сьюзен.
Тони, нахмурившись, взглянул на нее.
– Оно и видно, – серьезно заметил он. – С сегодняшнего дня я сажаю тебя на диету для спортсменов.
Стив расхохотался. Никто не говорил в таком тоне с его мамой. Он с интересом наблюдал, как она это воспримет.
Сьюзен уселась, удивленная серьезным тоном Тони. Может, она действительно слишком переутомляется и плохо питается? Она пожала плечами. Что ж, попробуем послушаться его совета. Она взяла вилку и принялась за еду.
Стив с удивлением наблюдал за ней. Потом перевел взгляд на Тони, и тот подмигнул ему. Этот человек явно имел большее влияние на его мать, чем Стив предполагал. Пожалуй, стоит доверять его указаниям.
Сьюзен давно уже перестала наблюдать за работой над хитрой конструкцией гоночной машины, когда Тони наконец прервал работу. Они отошли в сторону и какое-то время любовались результатами. Потом Тони стал убирать инструменты, а Стив, схватив метлу, начал собирать в кучку опилки.
Тони огляделся, проверил, все ли убрано, и подошел к Стиву.
– Я кое о чем хотел бы поговорить с тобой, Стив.
– Да, Тони. – Стив повесил метлу на крючок.
– Не знаю, подходящее ли я выбрал время, но мне нужно кое-что тебе сообщить. – Он поглядел на мальчика, соображая, с чего начать волнующую его тему.
Стив подошел к нему.
– О чем ты хотел говорить?
– Хочу, чтобы ты знал: я люблю твою мать. В одну секунду обеспокоенное лицо Стива расплылось в улыбке. Его заливистый смех заставил Тони густо покраснеть.
– Тоже мне секрет! – выдавил наконец Стив, перестав смеяться.
– Я хочу жениться на ней, – упрямо продолжал Тони.
Стив засунул руки в карманы и стал раскачиваться на пятках.
– Ты это серьезно, а? Тони кивнул:
– Не возражаешь, если я войду в вашу семью?
Стив вглядывался в посерьезневшее лицо Тони.
– И ты боишься, что она не пойдет за тебя замуж, да?
– Да, и еще, что ты можешь быть против этого брака.
– Похоже, она хорошо тебя знает, – ухмыльнулся Стив. – Ты знаком с нею дольше, чем я.
– Это верно, – признался Тони.
– Сколько я мог заметить, ты ей нравишься, – покровительственно обронил Стив. – Так когда же ты собираешься объясниться?
– Об этом-то я и хотел с тобой посоветоваться. Когда, по-твоему?
– Может, прямо сегодня вечером? Мы пообедаем, а потом я пойду смотреть телевизор в маленькой гостиной, а вы разожжете камин… ну, сам знаешь… такая романтичная обстановка… вот тогда ты и скажешь ей.
– Похоже, ты уже давно за меня все обдумал.
На щеках Стива появился предательский румянец.
– Вовсе нет. Просто так всегда бывает в этих слюнявых телефильмах. – Он возбужденно переминался с ноги на ногу. – Обычно в это время мне дают что-нибудь перекусить, – сказал он и скорчил рожицу.
– Что ж, обычно и я в это время ем. Не думал, что ты так все это воспримешь.
Они стали подниматься по лестнице главного входа.
– Ну, ты ведь всегда можешь попробовать и посмотреть, что из этого выйдет, – философски заметил Стив. – Что, собственно, ты теряешь?
– Действительно – что? – пробормотал Тони, входя в дом.
В одном отношении мальчик был прав. Откладывать дальше не имело смысла. Она должна знать о его намерениях. Тони никогда не скрывал своих чувств. Он просто пытался дать ей время, чтобы она свыклась и освоилась с его присутствием в ее жизни.