Сойдя с парохода, отец Иоанн прошел сквозь толпу прямо к нему, положил ему руку на голову и сказал: «Бедный ты, бедный!» и тотчас пошел далее.
Тогда епископ понял, что отец Иоанн есть великая сила Божия, что он Духом Святым прозрел его сокровенные мысли и сразу прошел к нему через огромную толпу, никогда его не видавши.
Происшедшее так поразило епископа, что он совершенно переродился и стал человеком верующим.
II. Протоиерей Петрозаводского кафедрального собора, человек высоконравственной жизни, делавший много добра из своего заработка, рассказывал мне, что незадолго до приезда отца Иоанна в Петрозаводск у него стали болеть ноги, он чувствовал большую слабость в ногах, и ему было трудно ходить. Когда отец Иоанн приехал и стал совершать проскомидию, то он попросил отца Иоанна помолиться о его здоровье, не объяснив ему при этом своей болезни. Отец Иоанн, прознав Духом Святым сущность его болезни, вынимая часть из просфоры за здравие просителя, три раза повторил: «Крепость ног, крепость ног, крепость ног!»
С той поры у доброго протоиерея ноги перестали болеть и окрепли.
Из лекции митрофорного протоиерея Феодора Синькевича, прочитанной в аудитории Белградского университета 19 декабря 1908 года, накануне дня кончины отца Иоанна
«Вот идут по улицам Кронштадта два светских друга, коллеги по своей служебной деятельности, но один из них религиозно настроенный, а другой, напротив, безрелигиозный и относившийся со страшным предубеждением к личности отца Иоанна и к его чудотворениям. Религиозно настроенный и в то же время почитатель Батюшки отца Иоанна предлагает своему коллеге приятелю пойти в церковь к обедне, послушать служение и проповедь отца Иоанна. Однако приятель, относившийся совершенно скептически к отцу Иоанну, отвечает пренебрежительно: “Вот еще не доставало поверить сказкам об отце Иоанне”. Но его друг продолжает настаивать на своем. Нехотя соглашается отрицатель пройти в церковь со словами: “Нового или интересного все равно ничего не увижу и не найду, но если ты настаиваешь, то что ж, пойдем, посмотрим, как он комедию ломает”.
Отправились. Пришли в храм и стали оба друга в сторонке. Богослужение близилось к концу. Как вдруг сквозь толпу людей направляется к неверующему другу церковный сторож, посланный Батюшкой, и от его имени просит его пожаловать в алтарь. Изумлению неверующего не было границ, однако он все же не растерялся и стал убеждать сторожа, что произошла ошибка, ибо Батюшка его совершенно не знает, да и не может знать, и что зовет он, наверное, кого-то другого, с кем его смешали. Сторож едва соглашается пойти переспросить Батюшку. Переспросивши, возвращается снова к этому неверу со словами: “Ведь ваше имя такое-то, а фамилия такая-то (называет его имя и фамилию), так это вас-то именно и зовет Батюшка”. Застигнутый врасплох невер чувствует, как холод прошел по его спине, и обращается за советом к стоявшему с ним рядом верующему своему приятелю:
— Что мне делать, идти или же не идти?
— Да ведь ясно, что тебя зовет Батюшка. Иди, и если бы оказалось какое-либо недоразумение, то оно само собою разъяснится в алтаре.
Опавший сразу в лице и растерявшийся, побледневший невер, помимо своего желания, в силу создавшейся необходимости, идет за сторожем в алтарь. Только что он вошел, как отец Иоанн быстро к нему поворачивается с вопросом:
— Ну, что ж, мой милый, скажи, пожалуйста, как тебе понравилась моя комедия, хорошо ли я ее ломаю?
При этом вопросе удивление и недоумение вошедшего в алтарь сменилось ужасом и трепетом пред прозорливостью Батюшки, а вслед за тем и глубоким сознанием своей неправоты. Ноги подкосились, и он упал на колени, прося прощения своей дерзости и своего неверия. Наставив словами любви и веры на путь истины, отец Иоанн отпускал его от себя уже обратившегося к Христовой вере, доброго и убежденного христианина, обрев заблудшую овцу.
А вот другой подобного же рода случай великой прозорливости дивного пастыря.
В одном доме Петербурга ожидают приезда почитаемого Батюшки, куда он был приглашен. Чтобы встретить его и повидать, собралось много народа, но в числе присутствовавших была одна дама, разочарованная в жизни и не верившая ни в Бога, ни в чудеса, ни в подвижническую и чудотворную деятельность отца Иоанна. Присутствовала она здесь в силу необходимости, так как временно гостила в этом доме. Ни видеть отца Иоанна, ни слышать его она просто не желала и не интересовалась и намеренно ушла в самую отдаленную комнату квартиры и села там на кровати, занявшись рукоделием.