Вот этим подрясником я и покрыл больную итальянку на другой день после разговора с женой. Накрыл и вместе с больной помолился. Она заразила меня своей верой.
Через два дня я приехал в больницу, чтобы взять жену. Постель итальянки была пуста.
Что, умерла? – спросил я у жены.
– Какое там, – засмеялась она. – Твой подрясник совершил чудо. Она выписалась и заявила, что больше болеть не будет. И вот тебе гонорар, который она просила передать тебе.
Я развернул пакет. В нем оказалась бутылка прекрасного итальянского «вермута».
С. Животовский.
Второй случай о чуде с иноверцами, рассказанный достоверным свидетелем, касается еврейской семьи.
«Не могу не вспомнить, – пишет ген.-лейт. Давид Ал. Озеров, – знаменательный случай, свидетелем которого мне пришлось быть. В Царском Селе жил молодой еврей Г., сын портного, кончивший университет, провизор. Жена его тяжко заболела, и доктора объявили ее безнадежной. Пришел ко мне Г. и спрашивает совета, может ли он, еврей, поехать к о.Иоанну в Кронштадт просить его молитв, так как в сущности никакой религии не признает, но верит в силу молитвы о.Иоанна.
Просить все можно, – ответил я ему.
Через несколько дней зашел ко мне сияющий от радости Г. и объявил, что ездил в Кронштадт. Отец Иоанн выслушал его, помолился о выздоровлении его жены, был с ним очень ласков, а вернувшись домой, Г. нашел жену вне опасности. «Еду к о.Иоанну его благодарить и очень обрадую его, так как мы решили, в знак благодарности, у него креститься». Дня через два приходит ко мне Г., сконфуженный и смущенный.
– Представьте себе, – говорит он мне, – что о.Иоанн не согласился меня крестить. Я ему сказал, что в благодарность за выздоровление моей жены мы с женой решили принять крещение из его рук.
– А веруете ли вы в Воскресшего Христа Спасителя? – спросил о.Иоанн.
– Нет, – ответил я, – но верю в святые ваши молитвы.
– Ну, в таком случае я вас крестить не могу, – сказал батюшка. – Благодарности вашей мне не надо, изучайте Евангелие, обратитесь к
любому священнику и, когда вы уверуете в Христа Спасителя, – креститесь.
– Так я ушел ни с чем, – с грустью сказал Г. – и теперь не знаю, как быть: о.Иоанн ничего от меня принять не пожелал».
Давид Озеров.
Этот свидетель оставил после себя записи о личных воспоминаниях об о.Иоанне.
Есть у меня еще целый ряд записей и даже тетрадей, но нужно ограничить себя. И я закончу последним рассказом о чуде в природе по молитвам о.Иоанна. Записан и даже сфотографирован этот случай тем же С. В. Животовским.
«Здесь нет места, чтобы рассказать о многих случаях, которых я был свидетелем и которые народ не мог назвать иначе, как чудесами. Но как сейчас помню одну потрясающую картину, о которой не могу умолчать.
Это было уже на обратном пути из села Суры.
Каждое утро наш пароход останавливался у первой встречной церкви. Отец Иоанн служил обедню, причащался Св. Таин, одаривал из своего запаса духовенство ризами и церковною утварью, и после этого мы отправлялись в дальнейший путь. И тогда он чувствовал себя бодрым и счастливым на весь день.
Недалеко от Холмогор, на Северной Двине, есть большое село Сойла. К этому селу мы и причалили. Большой монастырский пароход «Св. Николай», на котором мы тогда плыли, народ увидел издалека и очень быстро собрался у берега. Вперед вышел патриархального вида старик, церковный староста, с окладистой седой бородой, низко поклонился о.Иоанну, и сказал:
– Ваше Преосвященство, дорогой Батюшка, Сам Господь послал к нам тебя. Кругом засуха. Уже больше месяца, как не было ни росинки. Вокруг наших сел горит тундра, пожар подходит уже к нашим селениям и мы в опасности. Помолись о дожде. Спаси нас.
– Никто, как Бог, никто, как Бог! – ответил Батюшка своей любимой фразой. Сошел с парохода и направился к церкви. Я тоже пошел за толпой, которая росла все больше и больше. По обыкновению, зарисовал и записал себе в альбом, что было интересного, и вернулся на пароход, чтобы установить фотографический аппарат на удобном месте. И вот, когда кончилась служба в церкви и из нее стал выходить народ, я невольно обратил внимание на толпу. Восторженные, радостные лица. Матери подымали маленьких детей на руки и показывали им на горизонт. Все истово крестились. У многих на глазах были слезы. Я невольно обернулся туда, куда все смотрели. На горизонте я увидел черные грозовые тучи и сверкающую молнию. И вдруг загромыхало. После длительной засухи надвигалась гроза. Люди не хотели верить своим глазам. Люди бросались в воду, чтобы прикоснуться к нашему пароходу. Отец Иоанн вошел на верхнюю палубу. И опять вышел вперед тот же церковный староста. Толпа притиснула его к самой воде. И он стал на колени в воду. Теперь он уже не говорил, а рыдал.