«Глубоко скорблю, плачу и рыдаю об ужасной язве греха, растлевающей человечество, бедствующего неизменно, неописанно, многообразно, – и от прелести греха, которую пленяется человечество и работает греху; и даже хвастает своею работою, и утешается как какою прибылью. Но вместе радуюсь и торжествую и рукоплещу, когда помыслю и воображу ту Божественную помощь, которая подается нам волею Создателя (Бога Творца) в даровании великого Спасителя и Бога всему человеческому роду и в насаждении на земле, Церкви Божией, спасающей род человеческий чудною благодатию Божиею». И еще хочется принести одно изречение о.Иоанна из его Дневника. «Человеческая душа сотворена по образу и подобию Божию – высочайшая честь и достоинство: ей были врождены святость и свет. Бог Сам обитал в первых человеках до их постыдного и пагубного падения; Дух Святый украшал их, просвещал, утешал. Чрез падение душа совершенно изменилась: стала грешна, мрачна, лукава, самолюбива. Но ей предоставлено покаяние, как обольщенной, окраденной от падшего человекоубийцы диавола; и она может светло восстать от своего падения благодатию и щедротами Божиими». Таким образом, падение человека исправляется не добрыми делами его, а все тем же покаянием; а дел он не может даже твердо обещать. Только надежда на благость и щедроты Спасителя дают нам упование на милосердие Его; только покаяние дает нам эту надежду. Поэтому о.Иоанн не надеется на человека, как на такового, на его добрые дела, на его собственное исправление. И он приводит следующие примеры.
Иисус «воззре на Петра;... и изшед (Петр) плакася горько» (Лк.22:61–62). И теперь Иисус, когда воззрит на нас, мы горько плачем о грехах своих. Да, слезы наши на молитве значат то, что Господь воззрел на нас всеоживляющим сердца и утробы взором своим. Ах! как иногда запутывается душа наша. Точно птичка сетями! Исхода не видишь иногда от грехов своих; и мучают они тебя: страшно тоскливо сердцу от них бывает! Но «воззрит» Иисус; и потекут ручьем слезы; а со слезами и все сплетение зла в душе в ничто обратится! И плачешь и радуешься, что такая милость тебе вдруг неожиданная послана. А теплота-то какая на сердце, а легко-то как бывает: так бы и улетел тогда к Самому Господу Богу! Благодарю Тебя всем сердцем моим, Господи, туне (даром) очищающего вся беззакония моя!» Так случилось с Петром. Так случилось бы и с Адамом и Евою, если бы они, вместо самооправдания, пошли по пути покаяния и самообвинения. Так случилось бы и с Иудою, если бы он покаялся искренно, а не впал бы в отчаяние и повесился. И о.Иоанн всегда убеждал слушателей и читателей своих не отчаиваться. И сам не отчаивался. И если он других привлекал к исповеди, то тем более священников, чтобы они уговаривали исповедующихся никогда не унывать: лишь бы только искренно, не утаивая грехов, исповедывались. Да и невозможно человеку надеяться на самого себя, а не на Господа Иисуса Христа! Иначе зачем бы Ему приходить на землю? Иначе бы нечего надеяться человеку на Господа, а не на себя самого. Поэтому он и самого себя прежде всего ведет, как видим, к покаянию и других к тому же зовет постоянно. «Тьмочисленные страсти не оскудеша во мне», – говорится в одной молитве. Если беспристрастно и глубоко вникнуть в мысли и движения наших сердец в данные минуты, то мы найдем, что действительно в наших сердцах в глубине гнездятся бесчисленные страсти. Человек весь – в духовных ранах и язвах; весь в проказе греховной. И кто может избавить его от этой проказы? – Один Господь! Вера горячая! Глубокое покаяние! Необходимое постоянное покаяние. Грех есть отпадение от Бога. Одно мгновение греха – и отпадение. Но искреннее, глубокое всецелое покаяние – и соединение с Богом. Вот как нужно покаяние для грешника! И как велика сила покаяния!»