«Со смертию Большакова В.Ф. Пустошкин книг и брошюр больше не печатал никаких. М.С. Уткин допродал старые книги и брошюры. Книгонош обоего пола всех рассчитал, наградил деньгами, разослал по родинам; у кого ничего нет на родине, вместе соединил по нескольку семей, наградил деньгами щедро, посоветовал устроиться в разных городах». Взято из их брошюрки «Добрый путь» (1912).
Как видно отсюда, организация у иоаннитов была большая. Но и теперь, после видимой ликвидации, они старались жить, по нескольку семей, награжденные «деньгами щедро».
По-видимому, иоаннитские общины потухли.
Но и доселе, когда пишутся эти строки (1954), кое-где еще существуют такие очаги. Года два тому назад в городе N арестована была правительством группа сектантов-иоаннитов и отправлена в ссылку. Видел я и одного священника с ярко-выраженной психологией сектанта: он воротился из отбытой ссылки; но остался, в сущности, таким же непримиримым противником церковной и светской власти, каким был и до этого. Другой оказался даже не священником: его сослали на 25 лет. Причина такой живучести этой секты заключается в том, что члены ее воображают себя чуть ли не единственными ревнителями Православия; а на самом деле они – люди далеко не смиренные. Привлекает их и идея близкой кончины мира, поэтому «своим» не нужно иметь общение с официальной Церковью, а собираться отдельно. Объединяет их и материальная сторона таких своеобразных коммун... И грех их соблазняет...
И все это – на почве религиозной. Виновато и невежество их.
Но немалое значение имеет тут и привязанность к «личности»; это – человеческая, не благодатная сторона религиозной жизни.
Это мешало в свое время даже ученикам св. Иоанна Предтечи приходить ко Христу Господу; и потребовалось учителю послать особую делегацию из двух учеников спросить Христа: «Ты ли еси грядый, или иного чаем»? (Мф.11:3)
Эта привязанность вредно отражается на подобных лицах.
Фактов – много и доселе.
Но закончу этот отдел утверждением: нужно весьма точно различать таких сектантов от истинных почитателей действительно досточтимого Батюшки: это два лагеря – разные! К последним относимся и мы. Помоги нам Бог!
Последние дни
Обратимся к последним годам и дням жизни о.Иоанна, а потом и к кончине его.
Сначала мне хочется вспомнить один интересный случай, произошедший 5 декабря 1907 года, то есть за год до его смерти.
Я выпишу, как написано об этом в книге о нем.
«1907 года 5 декабря, с поездом в 10 часов утра по Балтийской железной дороге выехали в Кронштадт с целью посетить болящего высокочтимого и горячо любимого всею православною Русью Кронштадтского пастыря о.Иоанна Ильича Сергиева – высокопреосвященный Владимир, митрополит Московский, преосвященный Серафим Орловский и Гермоген Саратовский, в сопровождении пастырей и мирян из почитателей о.Иоанна, в том числе были о. протоиерей И.И. Восторгов, В.М. Скворцов и др.
Поездку предполагалось совершить как совершенно частное паломничество к угасающему физически великому церковному светильнику и народолюбимцу пастырю.
Благословив народ, архипастыри и сопровождавшие их отправились в дом к о.Иоанну.
К высоким гостям и посетителям скоро вышел и дорогой батюшка, но уже не тою всегда быстрою и бодрою поступью. Отец Иоанн сильно приутомлен болезнью – поседел, лицо вытянулось и исхудало, имеет бледно-желтый восковой цвет, свидетельствующий об изнурительной лихорадке. Чудные голубые глаза уже не блестят прежнею живостью, а имеют взор потухающий, хотя полны той же пленяющей доброты и ласки. Голос гораздо мягче и не имеет тех резких надорванных нот, которые слышны были ранее от переутомления. Сердца любящих о.Иоанна почувствовали, что тяжелые немощи изнуряют великого старца, пастыря православной России, и едва ли долго будут дни его жития. Некоторые из приезжих не могли удержать слез, лобызая, может быть, в последний раз дорогого батюшку.
– Сердечно благодарю вас, высокие гости, Преосвященнейшие архипастыри, что вспомнили меня, малого, и посетили мои немощи, – в особенности лобзаю вашу любовь, Высокопреосвященнейший владыка!
Болящего старца владыка митрополит усадил с собой рядом на диван.
Отец Иоанн попросил благословить чай и поданную закуску. Сам всем гостям налил и подал по рюмке вина и провозгласил здоровье «высоких дорогих гостей».
Высокопреосвященный митрополит пожелал здравия болящему, всем дорогому хозяину, и многих лет жизни на благо Св. Церкви.