А как вы думаете: отец Иоанн Кронштадтский был богословом?
Он довольно презрительно улыбнулся мне и сказал:
– Ну, какой же он богослов!
Тогда я, видя, что его не разубедить, – опять не без умысла – спросил:
– Ну, конечно! А вы знаете: что сказал он про настоящее, истинное богословие?
– Что?
– Если хочешь быть богословом, исполняй заповеди, и они приведут тебя к ведению, – или созерцанию!
Это – известное правило Церкви, – как поется в тропаре священномученикам: «И нравом причастник, и престолом наместник апостолом быв, деяние обрел еси в видении восход», – то есть «обрел деятельность путем восхождения к созерцанию». Но о. протоиерей не верил, что сам Григорий Богослов сказал так! Тогда я сбегал к своему студенческому столу и принес выписки из св. Григория Богослова, – где буквально приводилось указанное изречение его... Удивился профессор, развел руками, но возразить уже ничего не мог.
Литургию по-гречески все же отслужил...
Я этот случай рассказал для того, чтобы показать, как свысока смотрели на о.Иоанна ученые-богословы.
Иначе относился народ к нему...
Да и не все ученые смотрели на него так пренебрежительно. В той же академии был ректором в то самое время епископ Феофан (Быстров), – знаток, как никто, святых отцов... После смерти Батюшки он служил по нем сорокоуст литургий в монастыре на Карповке, – глубоко чтя угодника Божия.
А незадолго до кончины его, читая книги о.Иоанна, и особенно дневник «Моя жизнь во Христе», сказал в восхищении от него: «Отца Иоанна нужно не просто читать, а изучать, как творения святых отцов!»
Вот иное мнение! А епископ Феофан был одним из великих православных богословов, хотя и скрывал это от людей. И он знал одиннадцать языков: довольно хоть этого!
Да и другой ректор нашей академии, епископ Сергий, впоследствии ставший патриархом, велел читать на литургиях, вместо поучений, проповеди Батюшки же! А потом он был одним из отпевавших о.Иоанна. Не говорим уже о сонме других святителей.
Помню (я тогда был личным секретарем у архиепископа Сергия), – как он велел сделать выдержки из Дневника его о священстве, чтобы потом отпечатать их отдельной брошюрой и раздать пастырям.
Последние относились к нему иначе, лучше, чем ученые богословы.
Но даже Святейший Синод не достаточно чтил о.Иоанна. Училищный Совет, правда, сделал распоряжение о том, чтобы его книги внесены были в каталог низших церковных школ, но даже – не в семинарии, а тем более – не в академии! Дивное дело!
И все потом, после его смерти, изменилось! Но уже было поздно.
И доселе еще нет человека, который бы написал об о.Иоанне ученую работу!
А ведь его, и особенно Дневник его, знали и за границей, и читали его православные священники и народ.
Чтили и читали его и на Афоне, и в других монастырях. Пожалуй, можно сказать, не было ни одной духовной библиотеки, где бы не было «Моей жизни во Христе»!
После такого длинного предисловия я нахожу за лучшее сделать здесь довольно подробные выписки из его Дневника. Мотивом к этому служат следующие соображения.
Как ты ни пиши, о ком бы то ни было, свои объяснения, все равно не будет такой ясности, как если он сам не явится лично перед нами; или как если не заговорит своими словами. Наши объяснения только несколько облегчают познание его. Как все равно, как бы ты ни описывал наружность человека, никогда не вообразишь его себе, если не увидишь воочию, или даже на фотографии. Потому мы и прежде приводили довольно обширные выписки из творений о.Иоанна.
Да и то нужно заметить, что в настоящее время очень трудно добыть книги его, – в частности Дневник. Наши же выдержки, в малой хотя степени, заменят это. А так как дневник о.Иоанна является самым замечательным его произведением, то выписки наши лучше дадут представление и о характере его, и о мыслях его.
Еще – одно предисловие. Писать дневники – трудная вещь! Если писать только о хорошем, то получится односторонность, даже – почти ложь; а о худом мы не любим говорить.
Между тем, даже и в о.Иоанне – как мы видели из его собственных слов – шла постоянная борьба. Правда, он «всегда выходил из нее победителем», но иногда на время терпел и раны. А говорить об этой борьбе прямо и совершенно откровенно – едва ли и полезно для читателя; а иной этим даже соблазниться может. Ведь и в Житиях святых редко повествуется об их падениях. Св. Мария Египетская является в этом отношении почти исключением. И даже в Евангелии ничуть не говорится, например, о грехах разбойников, а ведь, каких только грехов они ни делали!