Слава Богу, давшему Церкви своей благодать священства, чрез которую удобно всякому верующему и смиренно покорному чаду Церкви примириться с Богом и сделаться возлюбленным чадом Божиим и наследовать жизнь вечную».
В этом слове, помимо биографических данных, особенное внимание обращает определение сущности и обязанностей священника. Нередко мы разумеем здесь или проповедничество, или совершение различного рода богослужений, так называемое требоисправление; хотя обычно этим именем означаются специальные виды богослужений: совершение таинств, разных молебных пений и проч., того, что служит содержанием книги Требника, но за исключением служб вечерни, утрени, литургии, что является содержанием так называемого Служебника. В архиерейском «чиновнике» – или служебнике, помещен и чин разных хиротоний. Таким образом, по этому распределению нельзя провести точное разграничение между богослужениями и требоисправлениями.
Иные же указывают на пастырскую обязанность – быть примером, или образцом христианской жизни для пасомых. Но в чем состоит главная сущность священствования, не указывают. Есть попытка определить ее, как любовь к пасомым. Но это не есть сущность, а одно из проявлений ее или свойство; можно даже сказать, что любовь есть дар священнической хиротонии, или обязанность священника, но не сущность священства.
Таковым, по о.Иоанну, является высшее полномочие: посредничество священнослужителей между Богом, – точнее, между Господом Христом, как «Единым Ходатаем» нашим, – и человечеством. Это слово и употребляет о.Иоанн. Иначе он называет священника – «уполномоченным» от Бога для спасения паствы. И центр тяжести, источник этого «посредничества», или «полномочий» – лежит в том, Кто уполномачивает, то есть в Боге, а не в тех, кому священник служит, не в пасомых; последние являются предметом воздействия уполномоченного лица (или объектом), но никак не правовыми источником этих полномочий. Потому и необходима – хиротония, рукоположение, чрез которое рукополагающим преподается «божественная благодать» Св. Духа, уполномочивающая хиротонисуемого действовать от лица Бога, точнее, от Господа Иисуса Христа, Вечного Первосвященника.
В этом даре и видит о.Иоанн силу священства. Отсюда для него вытекают, в сущности, все прочие обязанности и права. Священник есть ходатай за пасомых, а это проявляется во всем: и в служении умилостивительно благодарственной литургии, в совершении Св. Таинств, в разных молитвах, сюда нужно отнести и проповедничество, ибо священник говорит, или должен говорить – опять-таки «от Бога», именем Божиим (и по содержанию и по уполномочию).
Отсюда проистекает и соответствующее самосознание, – или психология – священника. Священник получает в хиротонии силу и власть быть представителем Господа и действовать от Его имени и Его силою, как Им на это уполномоченный и облагодатствованный. Отсюда отчасти можно понять ту силу, какую мы видим в действиях о.Иоанна: молится ли он сам пред лицом Бога, – это есть «беседа» между Уполномочившим и уполномоченным; просит ли он за других, просит дерзновенно, как уполномоченный на это тем же Господом; совершает ли он таинство, чрез него действует благодать Уполномочившего; благословляет ли в церкви всех, он дарует благодать от Того же Господа; отпускает ли грехи, – силою Того же Христа; проповедует ли, он говорит не от себя, а «от Церкви», от Главы ее – Христа Спасителя. Даже в действиях и в словах частного порядка он постоянно должен быть носителем силы Уполномочившего его, или – благодати Его, как обычно говорится: и если есть эта благодать в нем, то она и в молчании действует через него и в службах и в словах, и даже – в одежде, в пище, в питье и т. п.