«Плотской человек не понимает духовного блаженства, происходящего от молитвы и добродетели, и не может разуметь хотя сколько-нибудь, что за блаженство будет в том веке.
Но духовный по опыту знает блаженство души добродетельной и заранее предвкушает сердцем будущее блаженство».
«Молясь, мы непременно должны взять в свою власть сердце и обратить его к Господу. Надобно, чтобы оно не было холодно, лукаво, неверно, двоедушно. Иначе – что пользы от нашей молитвы, от нашего говенья? Хорошо ли слышать от Господа гневный глас: «Приближаются Мне людие сии усты своими, и устами чтут Мя: сердце же их далече отстоит от Мене» (Мф.15:8). Итак, не будем стоять в церкви с душевным расслаблением, но да горит каждый духом своим, работая Господу. И люди не много ценят те услуги, которые мы делаем с холодностью, по привычке. А Бог хочет именно нашего сердца. «Даждь ми, сыне, твое сердце» (Притч.23:26); потому что сердце – главное в человеке, жизнь его; больше – сердце наше есть самый человек. Потому, кто не молится или не служит Богу сердцем – тот все равно что вовсе не молится, потому что тогда молится тело его, которое само по себе, без души – то же, что земля. Помните, что предстоя на молитве, вы предстоите Богу, имеющему разум всех. Потому молитва наша должна быть, так сказать, вся – дух, вся – разум».
Бог не принимает молитвы нашей, если мы гневаемся, злобимся на кого-нибудь. Это изведано и на опыте. «Был случай, когда я сердился и потом помирился. Как прежде, чем я помирился, молитва моя была неблагоуспешна, тяжела и, очевидно, противна Богу; так после примирения она стала легка, усладительна и, очевидно, приятна Богу. Она принесла мне мир и радость в Дусе Святе».
Итак, прежде молитвы непременно помиримся с оскорбившими нас или с оскорбленными нами.
«Аще убо принесеши дар твой ко олтарю, и ту помянеши, яко брат твой имать нечто на тя: остави ту дар твой пред олтарем, и шед прежде смирися с братом твоим, и тогда пришед принеси дар твой» (Мф.23:24)».
«Когда молишься, старайся молиться больше за всех, чем за себя одного, и во время молитвы живо представляй всех людей вместе с собою единым телом, а каждого в отдельности – членом тела Христова и твоим собственным членом: «есмы друг другу удове» (Еф.4:25); молись за всех так, как молишься за себя, с такою же искренностью и теплотою; их немощи, болезни считай своими немощами и болезнями.
Такую молитву с великим благоговением принимает Отец Небесный – этот общий всех всеблагий Отец, у Него же несть лицеприятия (см.: Рим.2:11), «ни тени перемены» (Иак.1:17) – это Любовь, не имеющая пределов, все твари объемлющая и сохраняющая».
«Господу, как чадолюбивейшему Отцу, приятно, когда мы искренно молимся о людях – Его детях.
Отец Небесный, по молитве сущих Своих (см.: 2Тим.2:19) или по молитве иереев Своих, облеченных благодатию, за народ, милует и недостойных, как помиловал и миловал непокорный и ропотливый еврейский народ в пустыне за молитвы Моисея. Но какая это была пламенная молитва!»
«Отчего искренняя наша молитва друг за друга имеет великую силу на других? Оттого, что я, прилепляясь во время молитвы к Богу, делаюсь един дух с Ним, а тех, за которых я молюсь, соединяю с собою верою и любовью, потому что Дух Божий, действующий во мне, действует в то же время и в них, яко вся исполняяй. «Едино тело есмы мнози» (1Кор.10:17). «Едино тело, един дух...» (Еф.4:4).
«Когда слезно с любовью молишься об овцах Господних, и помыслы станут хвалить себя тебе, то скажи им: не я это молился о людях Божиих, а Сам Дух во мне ходатайствовал о них воздыханиями неизглаголанными (см.: Рим.8:26); и меня дух пленил в то время в сладостный плен любви Своей и умиления сердечного. Что это правда, – видно из того, что сладостная молитва и любовь весьма скоро могут оставить меня».
«Когда тебя просят молиться о спасении кого-либо от телесной смерти, например, от потопления, от смерти по причине болезни, от огня или от другого какого-либо бедствия, похвали веру просящих об этом и скажи в себе: буди благословенна вера ваша, по вере вашей да даст Господь исполнение моей недостойной, маловерной молитве и да приложит мне веру».