«В молитве главное, о чем нужно прежде всего позаботиться, – это живая, ясновидящая вера в Господа: представь Его живо пред собою и в себе самом, – и тогда еже хощещи, проси о Христе Иисусе в Дусе Святом, и будет тебе. Проси просто, ничтоже сумняся, – и тогда Бог твой будет все для тебя, во мгновение совершающий великие и чудные дела, подобно тому, как крестное знамение совершает великие силы. Проси не для себя одного, но и для всех верных, для всего тела Церкви, благ духовных и вещественных, не отделяя себя от прочих верующих, но, находясь в духовном единении с ними, как член единого великого тела Церкви Христовой, – и любящий всех, как чад своих во Христе, Отец Небесный исполнит тебя великим миром и дерзновением».
«В молитве дышит надежда, и молитва без надежды – грешная молитва».
«Упование в молитве состоит в том, чтобы с верою в присутствие и слышание Божие, со страхом Божиим выговаривать прошение, благодарение и славословия, а о принятии и исполнении их не сомневаться и нимало не беспокоиться, в полной уверенности, что Владыка их выслушал и принял в пренебесный Свой жертвенник, и по желанию матери нашей – Церкви (если мы молимся от лица Церкви), равно и сердца нашего, как всеблагий и всемогущий, даст просимое и даже с избытком против того, сколько мы просим или разумеем».
«Все, приступающие работать Господу в молитве, научитесь быть подобно Ему кроткими, смиренными и истинными сердцем; не имейте лукавства в душе, двоедушия, не будьте хладны, постарайтесь иметь Дух Его, ибо «кто Духа Христова не имать, сей несть Его» (Рим.8:9), и Господь подобного Себе и сродного ищет в нас, к чему могла бы привиться благодать Его».
«На молитве необходимо намеренное, обдуманное, крайнее смирение. Надо помнить, Кто говорит и что говорит, особенно это нужно во время чтения молитвы Господней: «Отче наш». Смирение разрушает все козни вражии. Ах! Как много в нас тайной гордости. Это – говорим, я знаю, в этом не нуждаюсь; это для меня лишнее; в этом я не грешен. – Сколько своего мудрования!»
«На молитве будь как дитя лепечущее, сливаясь в один дух с духом произносимой молитвы. Считай себя за ничто, молитвы принимай как великий дар Божий. От своего разума плотского совсем откажись и не внимай ему, ибо плотский разум кичит (см.: 1Кор.8:1), сомневается, мечтает, хулит».
«Хорошо иногда на молитве сказать несколько своих слов, дышащих горячею верою и любовию ко Господу. Да, не все чужими словами беседовать с Богом, не все быть детьми в вере и надежде, а надо показать и свой ум, отрыгнуть от сердца и свое слово благое, притом же к чужим словам как-то привыкаем и хладеем. И как приятен бывает Господу этот наш собственный лепет, исходящий прямо от верующего, любящего и благодарного сердца – пересказать нельзя: надобно только то сказать, что душа при своих словах к Богу трепещет радостью, вся разгорячается, оживляется, блаженствует. Несколько слов скажешь, а блаженства вкусишь столько, что не получишь его в такой мере от самых длинных и трогательных чужих молитв, по привычке и неискренно произносимых».
«Молиться должно охотно, с энергией, от сердца».
«Тебе, пастырю людей, Господь дал увидеть, как лют волк мысленный, для того, между прочим, чтобы ты и сам всеусиленно спасался от его когтей... и спасал врученных тебе Богом овец. ОТСЕЛЕ НАЧНИ ЖЕ ПОУЧАТЬ ИХ С ОСОБЕННОЮ СИЛОЮ, по подобию, как Господь учил».
«Господь так МИЛОСЕРД, но милостиво приемлет всякую (молитву) и несовершенное в ней Сам исправляет: только бы мы обращались к Нему искренно И НЕ СОВСЕМ ЗАБЫВАЛИ БЫ ЕГО...»
«На молитве надо всего более стараться о горячности духа, о горячности и искренности раскаяния во грехах... Благоразумный разбойник...»
«Молитва – то бывает храмина на песце, то – храмина на камне. На песке строят те, которые молятся без веры, рассеянно, с холодностью, – такая молитва сама собою рассыпается и не приносит пользы молящемуся; на камне строят те, которые во все продолжение молитвы имеют очи, вперенные в Господа, и молятся Ему, как живому, лицем к лицу беседующему с ними».
«Усердная, слезная молитва не только грехи очищает, но и телесные немощи и болезни исцеляет, и все существо человека обновляет, и, так сказать, перерождает (говорю с опыта). О, какой дар неоцененный – молитва!»