Кончив чтение канона, быстро входит в алтарь и падает в глубокой молитве пред престолом. Укрепив себя молитвою, снова идет на клирос и читает здесь стихиры, или же присоединяется к певчим, иногда регентуя сам. Пение, сначала не совсем стройное, быстро стало гармоническим, сильным, звучным, мощным, воодушевляющим.
Кончилась утреня. Начали звонить к литургии. На проскомидии просфор было так много, что их приносили сюда большими корзинами. Сам о.Иоанн мог вынуть только по несколько просфор из каждой корзины. Просфор иногда подают до пяти тысяч... С о.Иоанном служили и иеромонахи, и белые священники в камилавках и без камилавок. Это все были «пришельцы». О.Иоанн объединял всех.
– Помолитесь, братие сослужители: да даст Господь в мире нам совершити Божественную службу!
Началась литургия. Произнесен первый возглас. Вот он вдруг неожиданно, порывисто берет напрестольный крест и с любовию целует его, обнимает его руками, смотрит на него так умиленно и восторженно; уста шепчут слова молитвы; раза три-четыре подряд лобызает его, прильнет к нему своим челом. Уста снова что-то шепчут. Как самособран, сосредоточен во время богослужения о.Иоанн, трудно даже и передать. Он в особом своем мире».
Дальше автор записок подробно описывает ход литургии со вставками и дополнениями о.Иоанна. Например: «Лобызая после возгласа «Возлюбим друг друга» сослужащих священнослужителей в оба плеча, говорил:
– Христос – посреде нас Живый и Действуяй.
Я стоял пораженный этими словами и невольно думал: да, вот среди нас, а не там где-то вдали находится Христос Спаситель. Живой, и Действующий. Он – среди нас. Жутко становилось. Трепетом великим наполнилась душа. Я готов был упасть пред престолом.
Все говорили мне, что с о.Иоанном совершается что-то необыкновенное во время литургии. И это вполне справедливо. Чем ближе подходили минуты пресуществления Св. Даров, тем больше и больше повышалось настроение души его...
Глубокие чувства переживает о.Иоанн в эти минуты (Евхаристии). Его великое благоговение к Св. Тайнам обнаруживается и в том, что он много раз, неспешно, без крестного даже знамения, преклоняет главу свою пред ними. Слезы обильно лились из его глаз. То один, то другой платок вынимал он из кармана и стирал их...
Не забыть никогда еще одного момента из этого времени. Во время ектении, по прочтении тайной молитвы, о.Иоанн склонился над престолом и в глубоком благоговении молился. Затем он взял в свои руки дискос со Св. Телом, поднял его немного над престолом и, вперив свой взор, сосредоточенно молился пред ним. Потом он взял в руки свои потир со Св. Кровию, прильнул к нему; и долго горячо молился.
Не произнес он в это время ни одного слова, не сделал ни одного движения; и глаза его были почти постоянно закрыты... Я не раз впоследствии падал духом. Но стоило мне только вспомнить эти минуты, как в меня вливалась откуда-то незримо новая, живая струя; и я снова оживал духом...
Вот приобщился о.Иоанн Тела и Крови Христовых. Лицо его изменилось. Нет более на нем и следа той умиленности и какой-то скорби или грусти, какие можно было видеть, когда он только что входил сегодня утром в храм: необыкновенная духовная радость, необыкновенный мир и небесный покой, необыкновенная сила и мощь отображались теперь в каждой черте его лица...