От этого чудного прикосновения, от этого пресладкого гласа я совершенно исчезла. И если бы в ту же минуту не пробудилась, то, думаю, душа моя не осталась бы во мне. Я пробудилась... Вся подушка и вся грудь моя были смочены слезами... Я села на своей койке и мало-помалу начала сознавать, что была не в здешнем мире...»
После она рассказала духовнику. Он поцеловал ее в голову и сказал:
– Это – твое призвание. Храни эту тайну; а Господь Сам довершит Свое дело.
После этого мне стало как-то легче общаться с людьми; но переворот был уже сделан на всю жизнь».
Опускаю далее трудности, какие она встретила на пути своем к Богу со стороны матери, очень любившей дочь и хотевшей видеть ее замужем; встречи Марии с выдающимися старцами монастырскими, которые поддерживали юную подвижницу на пути к монашеству и убеждали ее мать отпустить дочь в монастырь. Но наконец, после многих слез, страданий, молитв, борьбы, столкновений, Мария была отпущена и благословлена матерью на монашеское житие. Она поступила сначала в Тихвинский женский монастырь. Потом была в других. Видела еще во сне святителя Николая, а также и знаменитого подвижника Валаама игумена Дамаскина, у которого она бывала при его жизни... Они оба утешали ее в монашеских скорбях и убеждали крепиться.
А на 40-м году своей жизни (родилась в 1841), в феврале 1881 года она была назначена начальницей Леушинской женской общины... Обитель эта была расстроена, новой игумении велено было митрополитом Исидором восстановить там порядок. Но это оказалось очень трудно. Много скорбей и борьбы выдержала Мария, в постриге названная Таисией. Приходила не раз в уныние, и однажды она хотела совсем уехать из обители. Но снова увидела во сне утешителей: икону Божией Матери Скоропослушницы, у ног Которой лежала живая глава Иоанна Предтечи.
«Вдруг Царица Небесная обратилась ко мне и говорит: «Чего вы все смущаетесь, и ты чего боишься?» И с этими словами Она подняла Свою правую ручку и, ею указывая на главу Предтечи, прибавила: «Мы с ним всегда храним свою обитель. Не бойся; больше веруй!»
Обитель же посвящена была св. Иоанну Предтече. Игумения укрепилась. И хотя она и после претерпевала множество скорбей, но все же монастырь был восстановлен, и порядки монашеские утверждены... После она получила чудесное и быстрое, не ожидаемое докторами, исцеление от Архистратига Михаила (1883): ноги ее, два месяца не двигавшиеся, мгновенно, после видения во сне иконы Архангела, выздоровели.
Видела мать Таисия и еще одно видение. 8 ноября 1885года, после первого пострига одной монахини в Леушинской обители, игумения пошла сама на клирос и стала управлять хором. Первое ее послушание было клиросное.
«Запели Херувимскую песнь. Сердце мое трепетало радостию. Но я сдерживалась и продолжала регентовать, чтоб и не выдать себя, и не нарушить внимания других. Запели «Всякое ныне житейское», я намеренно подняла глаза кверху и увидела то, чего не только описать, но и вообразить последовательно не могу.