Увидела, будто бы и наверху храма, над солеей, вверху пред Царскими вратами – совершается тоже священнодействие: как бы идет Спаситель, окруженный ангелами; что-то совершается, но что и как, я решительно не могу передать, хотя видела и слышала что-то, но необычное.
Я при начале видения чувствовала себя как бы исступившею из обычного состояния. Как допели Херувимскую, как совершился великий вход, я ничего не видела и не понимала; как передался камертон из моих рук в руки регентши, я тоже не знаю и не помню. Пришла я в себя, когда пели прошения ектении пред Символом Веры. Слезы катились по всему лицу. Тут я заметила, что все на меня смотрят в недоумении, как бы в страхе: вероятно, они, то есть певчие, подумали, что мне дурно стало; потому что стали спрашивать, что со мной, что я вся изменилась в лице, и предлагали сесть. Чтобы скрыть свою тайну, я подтвердила их мысль и села, чтобы и действительно прийти в себя. Что было со мной и что виделось мне, вполне и сама не могу выяснить».
Были и еще иные видения у игумении Таисии.
Я бы и не останавливался так подробно на описании событий из жизни ее; но сам о.Иоанн необычайно восторженно отозвался об этих записках, прочитав их: «Дивно, прекрасно, божественно! Печатайте в общее назидание. Прот. И.С. Авг. 21.1892».
Вот с этою рабою Божией он и был знаком много лет и пользовался ее сотрудничеством. Еще в письме к ней из скита Ваулова от 9 июля 1907года о.Иоанн писал ей в Леушинский монастырь:
«Я знаю тебя вот уже около 35 лет. За все это время любовь твоя о Христе изливалась постоянно чистою струей – неоскудно везде и во всяких видах: то в приготовлении прекрасных риз, то митр, то тонкого белья, то разных книг душеспасительных; а главное – помогала мне в устроении всех моих обителей; да и не перечислишь всего. Но особенно ты утешала меня своею беззаветною преданностью Христу Спасителю, словесное стадо Которого (инокинь) ты собрала и пасла, и пасешь доселе на пажити спасительной; за что дай Бог тебе и всем им – добрым послушницам – Царство Небесное».
Тридцать пять лет; следовательно, с первого знакомства м. Таисии и до смерти его, в следующем 1908 году в декабре, прошло 36–37 лет. Значит, в начале знакомства их ей был еще 31 год, а ему – 43. Он тогда был еще молодым священником; и однако же молодая монахиня узрела в нем великого пастыря и служила ему до кончины.
Отец Иоанн чтил ее как угодницу Божию. Довольно послушать лишь, какими именами он титуловал ее в письмах своих. Напишу несколько обращений: «Раба Божия и Сестра моя возлюбленная о Господе, Таисия» (1890). «Ваше Высокопреподобие, Многоуважаемая Матушка Игумения Таисия»; «Дорогая о Господе и возлюбленная Сестра и Мать Таисия»; «Честнейшая возлюбленная в Господе». Просто: «Матушка Игумения Таисия»; «Досточтимая М. Т.»; «Добрейшая...»; «Возлюбленная во Христе и благоговейная М. Т.»; «Матушка Таисия сердечная»; «Неоцененная М. Т.»; «Достопочтенная дочь моя и духовная сестра о Господе, Таисия»; «Многочтимая и многолюбимая М. Т.»; «Друг мой во Христе и сестра моя, Матушка Таисия» (1897); «Матушка и дщерь моя духовная, Таисия»; «Многотрудная и многострадальная Сестра о Господе, Таисия»; «Сердечночтимая...»; «Родная моя М. Т.»; «Дорогая Матушка, многозаботливая, многотрудная, многоболезненная»; «Добрая моя М. Т.»; «Пречестная М. Т.»; «Дорогая о Господе матушка и сестра, Богопризванная Игумения Т.»; «Друг сердца моего в Господе...»; «Сердечная моя и предорогая о Господе, сестра Т.». Или кратко: «Христос с нами!», «любящая матушка Т.», «Дорогая, родная душе моей...»; «Милостивая и щедрая о Господе...»; «Боголюбезная»; или «Боголюбивая и Боголюбезная...»; «Многочтимая по достоянию и справедливости...»; «Дорогая, сердечная и сердечнолюбимая о Господе...»; «Дорогая, неоцененная Матушка Игумения Таисия, красное солнышко»; «Старица Божия Таисия» (1906). И последнее из напечатанных писем озаглавливается так: «Достопочтенная о Господе и благодатная Мать Игумения Таисия...»
Не менее характерно, и дорого, и важно для самого Батюшки, как он подписывался под этими письмами. Выберу сейчас, – не поскуплюсь на это, – несколько примеров.
«Твой покорный слуга и смиренный молитвенник Протоиерей Иоанн Сергиев. Кронштадт. 13 дек. 1890». Просто: «Протоиерей Иоанн Сергиев»; «Ваш богомолец... смиренный Протоиерей»; «Твой друг и отец Протоиерей»; «Ваш слуга»; «Твой послушник и богомолец Кронштадтский Протоиерей» (1897); «Твой духовный, недостойный отец». Или кратко, но ясно: «Иоанн Кронштадтский». Таким именем подписано им письмо уже от 27 октября 1897 года; тогда ему шел уже 68-й год. «Твой почитатель»; «Твой духовный отец и сын и брат о Господе, Протоиерей... Иоанн, Протоиерей Кронштадтский». Чаще всего: «Протоиерей Иоанн Сергиев»; «Твой духовный отец и вместе послушник». Однажды так: «Иоанн грешный»; «Твой сын»; «Твой слуга и смиренный богомолитвенник, преданный». Или: «Недостойный раб Бога моего, протоиерей Иоанн Сергиев» (1903); «Ваш старый знакомый сомолитвенник Протоиерей Иоанн Сергиев» (4 июня 1908); «Есмь ваш смиренный почитатель и молитвенник, Протоиерей Иоанн Сергиев убогий, старый» (от 16 июля 1906года, ему тогда было без малого уже 77 лет). И последнее из напечатанных иг. Таисиею писем подписано им тоже совсем просто, как огромное большинство его писем: «Протоиерей Иоанн Сергиев. 20 августа 1908 года».