- А-ах это... Ну-у-у... Я даже точно не знаю. Читал, что страниц триста в ней. По названию смотри. «Записки До-Церковных Лет». Запомнила?
- Хочешь, чтоб я всю библиотеку сеньора Васкеса прочитала?
- У него мало книг. Штук сто-сто пятьдесят.
- Сто пятьдесят? - обалдела Фиона.
- Это полок семь-десять всего-то.
Молодая женщина помозговала и спросила негромко:
- Во что ты ввязался?
- Я?
- Я же чувствую, дядя, тут что-то нечисто.
Косой Влад наклонил голову на бок и напомнил:
- Я уже говорил, что не хочу говорить тебе правду. Это будет опасно.
- А я привыкла к опасностям.
- Нет, - категорично отрезал бородач. - Не хочу рисковать тобой.
- А, по-твоему, я не буду рисковать, когда полезу в дом главы паровиков?
Мужчина поморщился и вымолвил:
- Лучше я промолчу.
- Ладно, не хочешь говорить - не надо.
Фиона взяла сумку, зонт и встала.
- Всё сделаю, - пообещала племянница.
- Береги себя.
Воровка кивнула и пошла к выходу. Снова прозвенел колокольчик. Косой Влад увидел через окно, как родственница распахнула зонтик и скрылась за стеной ливня.
Книготорговец слушал шелест дождя за окном и нервно тёр кончик носа.
Звуки шагов. По лестнице спускается седобородый старик в бордовой церковной рясе. Растрёпанная копна волос.
Священник сошёл с последней ступеньки и пристально оглядел зал с книгами. Потом сел на стульчик, где совсем недавно сидела Фиона.
- Я обо всём договорился, отец Бернард, - подобострастно заверил Косой Влад.
- Я слышал, сын мой, - бархатистый баритон церковника наполнил магазинчик.
- Она всё сделает. Книга будет у вас.
- Это тебе зачтётся.
Книготорговец заёрзал в кресле и решился спросить:
- А они взаправду жили пятьдесят тысяч лет назад?
- Кто?
- Люди-змеи.
- Тебе лучше не знать...
Куклы. Один день до Метаморфозы
С первых же секунд Казур-Уд понял: необычное место. Здоровенный разбойник теребил растрёпанную бороду и протяжно втягивал носом воздух. В ноздрях щекотало. Свежесть моря соседствовала со смрадом выгребной ямы. К горлу подступалась тошнота. Взору не легче, чем нюху. Троица зажжённых мистиком шаров покачивалась в ярде над полом и тихонько гудела, освещая странное просторное помещение. По чёрной глянцевитой поверхности стен то здесь, то там сползали буро-зелёные сгустки. На них распухали волдыри, лопающиеся брызгами жёлтого гноя.
Из-за приложенной к лицу ладони голос Фионы прозвучал приглушённо:
- Не думала я, что тут такое будет.
- А тебе вообще думать вредно, - неловко пошутил Казур-Уд.
- Будешь умничать - руку сломаю.
На угрозу молодой женщины здоровяк ответил улыбкой и подошёл к стене. По ней, чавкая, стекал бурый комок с вкраплениями тошнотворно-зелёного. Один из шаров подлетел к разбойнику, позволяя ему в полной мере разглядеть бугры загадочного сгустка и еле заметные золотистые прожилки. Казур-Уд закусил губы и поднёс ладонь к стене. Несколько дюймов отделяло кожу человека от бурой массы. Заинтересовавшийся мистик покосил глазами. Руки скрещены на груди. На подоле алого плаща горят жёлтые руны.
Фиона поглядела на мужчин и, хмыкнув, горделиво пошла к другой стенке. То ли воздух, то ли сам пол скрадывал звуки шагов. А может, это воровка сама по себе движется бесшумно?
Разбойник отвёл руку от стены и дважды сжал, разжал кулак.
- Немеют... - выговорил Казур-Уд. - Пальцы... немеют.
Узкие глаза Скорпиона в щели превратились.
- Ты чуешь это? - спросил здоровяк. - Чуешь этот запах?
- Каттин мо вокудараай, - на своём языке ответил мистик.
- Мне всё равно не понять.
Мистик неторопливо приблизился к рослому собеседнику и зашептал:
- А ты мог бы.
Сверху вниз Казур-Уд поглядел на Скорпиона и пробасил:
- О чём ты?
- Ты и сам знаешь.
Кашлянув в кулак, разбойник сознался: