- Послушай... - мистик впился в священника взглядом. - Если б я читать хотел, то пошёл бы в библиотеку. Но мне нужно твоё видение ситуации.
- Моё видение ситуации?
- Да.
Отец Бернард развёл руки и зачем-то осмотрел голые стены.
- Я жду, - поторопил Скорпион.
Седобородый хозяин комнатушки поглядел на собеседника и попросил спокойно:
- Задавай вопросы более чётко. Нужна определённость.
Призадумавшийся мистик поскрёб подбородок и сформулировал:
- Господь Бог - некая Сила, существующая очень и очень давно. Верно?
Священник посмотрел на потолок, на гостя. И поправил:
- Не совсем так. Ты сказал «некая», «некая Сила». А Бог - это вполне определённая Сила.
- И что это за Сила?
- Первородная Сила. Сила, сотворившая наш мир.
- Ну хорошо. Допустим, что Господь сотворил наш мир. Но кто же сотворил самого Господа, а?
- Глубоко копаешь, мистик.
- Мне нужны ответы.
Отец Бернард ладонями потёр лицо. Переплёл пальцы у подбородка и заговорил устало:
- Над твоим вопросом билось немало умов. Ещё полторы сотни лет назад были церковные тексты, которые допускали создание самого Господа некой другой Силой. Нынче же это течение объявлено еретическим. И текстов этих ты уже не найдёшь.
- Очень интересно.
- Да, - поддержал священник. - Признаюсь, мне и самому очень любопытно.
Скорпион посмотрел на дверь. Хорошо прикрыта.
- Послушай, отец Бернард, - зашептал мистик, - если допустить, что Господа Бога кто-то создал, то получается... - Сглотнул. - Получается, что богов двое?
- Это вывод в корне неверный.
- Почему?
- А потому, что, во-первых, кто тебе сказал, что Сила, сотворившая нашего Бога, доселе жива? А во-вторых, почему только двое богов?
Скорпион поморщил лоб и пробормотал:
- Не совсем понимаю.
- Дело в том, что люди склонны видеть только то, что лежит на поверхности. А ведь стоит всерьёз изучить Святое Писание и станет ясно: Церковь нигде не говорит, что наш Бог один. Даже более того, Церковь допускает множественность миров.
- Множественность? - обалдел мистик.
- Они существуют независимо друг от друга. Они не пересекаются. Или почти не пересекаются... Кхм-кх... И каждый из этих миров творил свой собственный бог.
- Что за чушь? - нахмурился Скорпион.
- Это не чушь. И даже не ересь. Обо всём этом ты можешь прочитать в церковных текстах.
- Но... но почему же простые люди... никогда об этом не говорят?
- Я же говорил тебе: люди склонны видеть только то, что на поверхности. А ведь Церковь никогда знаний не скрывала. Бери - не хочу.
- Мда-а-а... - мистик почесал лоб.
Мужчины молчали несколько минут. В голове Скорпиона носились тревожные мысли. Сердце стучало в рваном ритме.
Мистик напомнил:
- Ты говорил, что разные миры почти никогда не пересекаются.
- Это так.
- А если пересекаются?.. Что тогда?
- А тогда то, что принято называть необъяснимым.
- Растолкуй, - узкие глаза Скорпиона превратились в щели.
- Помнишь, как шесть лет назад с юга приходили вести о чёрных крылатых тварях?
- Порождения Ночи?
- Да, их называли так.
Мистик подумал и спросил:
- Ты хочешь сказать, что эти твари прилетали к нам из... другого мира?
- Скорее всего, так, - буднично ответил священник.
Скорпиона затрясло. Тыльной стороной ладони он вытер с горячего лба пот и осмелился полюбопытствовать:
- А может ли чужой бог проникнуть в наш мир?
- Ты задаёшь очень трудные вопросы, мистик.
Узкоглазый гость осмотрелся и зашептал:
- Ежели в наш мир проникали твари из другого мира, то почему бы не проникнуть... чужому богу?
- Полагаю, на бога будет действовать ограничение.
- Ограничение?
Отец Бернард засопел и, что несвойственно для него, затараторил:
- Вполне вероятно, что силу богов что-то ограничивает. Ограничивает, дабы не свершился Хаос. Впрочем, ограничение - не гарантия защиты для нашего мира. Но это, мистик, уже на грани ереси. Я не могу продолжать.
Скорпион посмотрел на священника. Тот принял отстранённый вид.
Комнатушка показалась ещё меньше, теснее и прохладнее.
Мистику здесь делать нечего. Он встал и молча покинул изъеденное потом жилище клирика.
Топот быстрых шагов Скорпиона. В углу церкви всё ещё лижется влюблённая парочка. Мистик с трудом сдерживает себя. А как хочется поджечь задницы.